Сегодня ездила в клинику. Сейчас уже всё хорошо, просто нужно было показаться врачу спустя неделю после сложной операции.
Клиника замечательная, современная, и пациентов там всегда хватает. Но почему-то сегодня было особенного многолюдно: в регистратуре очередь, и у каждого кабинета тоже. Я подъехала даже чуть раньше назначенного времени, боялась опоздать. Передо мной на приём оказалась ещё одна пациентка - очень полная дама с коротко бритым затылком. Сидя на мягкой банкетке у двери, она всячески выражала своё неудовольствие затянувшимся ожиданием: тяжело сопела, вздыхала, поминутно поглядывая на крошечные часики на пухлом запястье.
В конце концов дверь в кабинет врача распахнулась, выпуская предыдущего больного, и полная дама стремительно ворвалась внутрь, едва не снеся могучим боком Артёма Борисовича, моего хирурга. За то мгновение, что я его увидела, мне он показался очень уставшим. С утра у него обычно операции, а потом он ведёт приём. Голубые глаза равношушно скользнули по моему лицу: "Вы ко мне? Вы записаны?" Не узнал. Ещё бы. Откровенно говоря, когда мы виделись в последний раз, я была не в лучшей форме: в больничном халате и тапках, с растрёпанным пучком волос, скрючившись от боли. А вот теперь с макияжем и причёской, в модном топе и красивой длинной юбке, стою и улыбаюсь. Чувствую себя прекрасно. В кой-то веки у меня ничего не болит!
Какое это счастье! Могу сидеть, а могу стоять. Водички из кулера могу попить или подойти к окну и смотреть на летящие по ветру рано пожелтевшие берёзовые листочки. Куда мне спешить? Жизнь прекрасна! Но ещё неделю тому назад она не была настолько прекрасной. Да чего уж там, она и вовсе могла закончиться, такая вероятность существовала.
Проводив толстуху, Артём Борисович ещё раз пять пробежал мимо меня, то куда-то по коридору, то вниз по лестнице, всякий раз виновато бормоча: "Извините, ещё пару минут подождите". И вот, наконец, я приглашена в кабинет. Называю свою фамилию, но уже вижу - узнал, взгляд потеплел. Дальше осмотр, УЗИ, вопросы.
"Вы уж извините, сегодня прямо один случай тяжелее другого. Простите, что вам пришлось ждать".
"Всё хорошо, - говорю. Я никуда не спешу".
И эти мои простые слова оказывают чудесное действие. Словно магия какая-то: вот только что сидел передо мной замученный человек, напряжённый, и вдруг - выдохнул, расслабился, лицо разгладилось, и теперь выражает спокойную уверенность. А хирургу необходимо таким быть, непростая это профессия. А что я сделала? Да ничего. Всего-то сказала те самые магические слова, которые так нужны каждому из нас. Всё хорошо. Такие простые и такие нужные слова.
И у меня тоже всё хорошо. Артём Борисович так и сказал: "Всё даже лучше, чем я надеялся. Так что через пару месяцев сможете забыть обо мне."
"Ну что вы, - говорю, - как же я вас могу забыть? Ведь вы же меня спасли."
