Надевая скафандр на себя (а правильнее будет сказать: одевая себя в скафандр), Стависски не спешил. Хоть это явление пока никак враждебно себя и не проявило, и, как выяснилось, могло теперь свободно проникать сквозь защитный барьер, но выход из модуля всё равно воспринимался как более опасное мероприятие, а торопиться навстречу потенциальной угрозе нисколько не хотелось. И противопоставить ей пока тоже было нечего. Второй имплазм Стависски, конечно, прихватил, но сам понимал, что толк с него вряд ли выйдет. Взял он также с собой и запасной детектор гравитации, чтобы соединить его с модулями силового поля изнутри, а тот, который уже установлен за периметром, не трогать - так лишний раз за пределы поля соваться не придётся, а функционировать всё должно прекрасно.
- Тихо всё там? - Спросил он у Макса. - Тогда я пошёл.
Коса Тузла висела в зените, неплохо освещая подстанцию и брошенного кибера. На этой луне всё казалось таким безмятежным и спокойным. Но существование призраков полностью испортило идиллию. Чертыхаясь про себя и периодически покрываясь потом, Стависски устанавливал детектор, соединял его с сигнальной системой генераторов защитного барьера и сопрягал с внешним гравитационным датчиком для полного охвата окружающего пространства. Работа была кропотливой и требовала сосредоточения и точности, чему не совсем помогала нервозность обстановки. Макс периодически докладывал, что всё спокойно, и это действительно успокаивало. В конце концов у Стена даже мелькнула мысль: а не излишне ли они с Максом трясутся от страха? Они ведь не новички в Даль-разведке. И хоть конкретно в такую ситуацию они не попадали, но передряг пережили достаточно. Стависски тут же себя и одёрнул: не существует для Космоса чрезмерной осторожности, можно только недостаточно перестраховаться, неизведанное на то и неизведанное, и цена неоправданной смелости - жизнь, а то и чего похуже. Он закончил установку, Маргулис подтвердил, что всё работает отлично, все детекторы исправно отправляют данные, и сигнальная система настроена на новые показатели.
Стависски с облегчением вернулся в жилой модуль. Макс улыбнулся, увидев, что его товарищ тоже притащил с собой имплазм.
- Ничего не говори, - пресёк любые возможные комментарии Стен.
- А и не говорю.
- Вот и не говори.
- Зато пока ты там на свежем воздухе прохлаждался, я кажется понял, как кибер мог срисовать этого гравитационного призрака.
Стависски усмехнулся:
- Призрака, говоришь. Ну и как же, по-твоему?
- Гироскоп!
- А что, очень даже хорошая версия, молодец! Возмущение в гравитационном поле гироскоп уловил, но сигнал от него дешифровать нейросеть не смогла, так как гироскоп не предназначен для анализа, но система так или иначе идентифицировала эти показания как угрозу вторжения, хоть и не смогла сформулировать действующую силу. Отличная работа, Макс.
- Да ты и без меня всё понял. - Но так или иначе, похвала напарника Максу понравилась.
- Как раз время связи подошло, давай доложим, а после и пообедаем.
На связь вышел старший помощник командора Григорян, он, выслушав отчёт Стависски, сдержанно похвалил за модернизацию сигнальной системы и гипотезу про гироскоп. Старпом сообщил, что ни на "Грандисе", ни на основной станции, ни на двух других лунных подстанциях подобных коллизий не отмечалось. Пожелав удачи и плодотворной работы, он отключился до следующего сеанса.
- Такое ощущение, что они нам не доверяют. - Предположил Маргулис.
- Не будь столь категоричен. Во-первых, всеми нашими объективными данными они располагают, во-вторых, нам самим во всё это не верится, а каково им?
- Что-то мне это напоминает...
- Да, ты прав, но та история осталась в прошлом. Она не получила продолжения, её зафиксировали и отложили на полку до появления новых фактов. А нам теперь предстоит разобраться с нашей новой ситуацией.
- Стен, мне почему-то страшно.
- И мне. Соберись, мы всё-таки уже ветераны, как-никак.
- Всё равно страшно.
- Это так и должно быть, и это нормально. Все боятся. А неизвестность - самое страшное.
- Спасибо. Стен, мне иногда кажется, что ты старше меня.
- Мне иногда самому так кажется. Ты прав, мне везёт на различные невероятные и иногда жутковатые открытия. За эти годы от миссии на "Статисе" и до Небелии случалось всякое. Возможно, меня это и состарило. Хотя, знаешь, да нет на свете космонавигатора, который хотя бы раз не встретился в невообразимых глубинах Космоса с чем-то необъяснимым, просто каждый из нас по-разному переживает это. Я постоянно пропускаю происходящее сквозь себя, возможно, тайны Космоса я считаю чем-то личным, раз они соприкоснулись со мной, наверное, я слишком много думаю о себе.
И в это время взвыл сигнал тревоги.
(Продолжение следует)