Найти тему
Дмитрий Неумоин

Живопись она там, на небе

"Приезд Ольги Владимировны Дьяконицыной в село Меховицы Ивановской области, к художнику Павлу Леонову, которого она искала 19 лет. 1990 год." 80х80см х.м. Д.Н. 2024 г.
"Приезд Ольги Владимировны Дьяконицыной в село Меховицы Ивановской области, к художнику Павлу Леонову, которого она искала 19 лет. 1990 год." 80х80см х.м. Д.Н. 2024 г.

Я бы никогда не стал заниматься живописью, если бы не желание выразить то состояние, которое меня удивляет, когда я вижу солнечный свет.

Этот свет будоражит мое воображение, играет прям перед моим взором своими удивительными оттенками разноцветных бликов. Это как запах любимой женщины, от которой идёт незабываемый аромат свежести, аромат который нельзя ни с чем сравнить. Даже розы, на первый взгляд кажущиеся эталоном красоты и свежести, не идут, ни в какое сравнение с ароматом той, которую ты предвкушаешь ещё за долго до встречи.

В природе есть что-то загадочное, что-то несокрушимое и отличное от Пушкинской фразы, «… и равнодушная природа, красою вечною сиять».

И действительно красота всегда самодостаточна, она не требует дополнений или похвал. Красота равнодушна, мертва, независима. Ей нет дело до твоих переживаний, страданий или признаний. Она вечно ускользает в лучах дневного светила и лишь ночью она приходит к тебе. Своей мягкой песней, вечнозеленых садов,будоража сознание вечного странника рая.

В живописи есть состояние которое невозможно описать словами. Ты словно вечно ждёшь встречи, каждый раз подходя к холсту ты думаешь о ней. Вспоминаешь о равнодушии о том, что до тебя многие гениальные художники искали эту красоту. Но кто её нашёл? Почему холст так далёк от этой мимолетной встречи, когда ты на яву, завороженно смотришь уходящую красоту. Вот оно, говоришь ты себе, вот оно, то состояние…

Какой свет, все дышит, все живет. Поистине Бог велик, раз мог создать то, что так безупречно в моих глазах.

Но холст!

Он ревнив, неподатлив, завистлив. Постоянно требует новой встречи, отнимает силы, внимание, волнует своей пустотой и наконец обескураживает тебя глупой затеей покорить красоту.

Потом приходит тишина. Это как ночью, все вроде спит, но издалека доносятся разные шорохи. Даже в деревне, при кажущейся глухой тишине и нависшим небосводом, ты слышишь, как говорят звезды. Они смотрят на тебя из глубины бездны своим неиссякаемым огоньком в миллиард световых лет. Я видел вас, вижу и сейчас. И пока мой взор долетит до вас, родится новый день и новый Пушкин.

А может и не стоит идти за тобой? Какой смысл в твоей красоте, которая недосягаема. Которая вечно ускользает. Да и равнодушие живет не только в тебе, но и в людях. Разве они смогут понять художника? Нет.

Как интересно, это как со звездами, когда ты смотришь на них и восхищаешься. Так и с картинами наверно, когда я смотрю на них и восхищаюсь, то понимаю, что это созданная автором красота, которая все-же пришла к нему ночью и была с ним до утра. А дальше новый день и новые встречи. И сели ты был равнодушен, то значит это не твоя чистота созерцания или просто ты не понял простых вещей. На небе ведь все звёзды красивы. Просто некоторые ты не видишь.

VI
Как это объяснить? Мне нравится она,
Как, вероятно, вам чахоточная дева
Порою нравится. На смерть осуждена,
Бедняжка клонится без ропота, без гнева.
Улыбка на устах увянувших видна;
Могильной пропасти она не слышит зева;
Играет на лице еще багровый цвет.
Она жива еще сегодня, завтра нет.
А.С. Пушкин, отрывок, «Осень» 1833 г.

ДН август 2024 г.