Столетие нескончаемого кровопролития. Политические интриги и заговоры. Игра Престолов древнего мира. Римляне убивали друг друга и одновременно выдерживали удар от соседних народов, расширяя границы своей державы. Цикл статей о эпохе Гражданский войн в Древнем Риме.
Мы продолжаем цикл статей по разбору эпохи гражданских войн в Римской Республике:
В 122 году до н.э. Гай Гракх невероятно популярен в народе. Своими реформами и личностными качествами ему удалось завоевать любовь не только бедных слоев населения, которые ранее поддерживали его брата, но расширить свою политическую базу, привлекая на свою сторону коммерческие круги из сословия всадников.
«Он внес еще законопроекты — о новых колониях, о строительстве дорог и хлебных амбаров, и во главе всех начинаний становился сам, нисколько не утомляясь ни от важности трудов, ни от их многочисленности, но каждое из дел исполняя с такою быстротой и тщательностью, словно оно было единственным, и даже злейшие враги, ненавидевшие и боявшиеся его, дивились целеустремленности и успехам Гая Гракха. А народ и вовсе был восхищен, видя его постоянно окруженным подрядчиками, мастеровыми, послами, должностными лицами, воинами, учеными, видя, как он со всеми обходителен и приветлив и всякому воздает по заслугам, нисколько не роняя при этом собственного достоинства, но изобличая злобных клеветников, которые называли его страшным, грубым, жестоким... Меж тем как народ прославлял Гая до небес и готов был дать ему любые доказательства своей благосклонности» (Плут. Гай. 6-7).
Подобная популярность позволила ему пойти дальше брата и добиться повторного переизбрания на должность народного трибуна в 122 году до н.э.
На этот раз сенат не стал сопротивляться и тем более чинить расправу над политиком, как в свое время над его братом в такой же ситуации. Сенат опасался реакции народа, поэтому было принято решение действовать хитрее и атаковать Гая его же оружием:
«Тогда сенат, боясь, как бы он не сделался совершенно неодолимым, предпринял попытку изменить настроение толпы необычным, прежде не употреблявшимся способом — стал состязаться с Гаем в льстивой угодливости перед народом вопреки соображениям общего блага» (Плут.Гай. 8).
Сенаторы привлекли на свою сторону другого народного трибуна Ливия Друза. Источники сообщают, что Ливий был блестящим оратором, превосходящим своими речами любого в Риме. Ему сенат поручил затмить Гая своей угодливостью народу и перетащить на себя его популярность.
Для этого Ливий, как будто издеваясь и насмехаясь над Гракхом, брал любую его инициативу или любой предложенный закон и делал его еще более угодливым для народа, а сенат активнейшим образом выражал поддержку и одобрение, даже в тех случаях, когда это было похоже на полный бред.
Если Гай предлагал вывести новую колонию и распределить ее землю между бедняками, Ливий предлагал создать двенадцать колоний. Если Гай предлагал выделить землю для раздачи беднякам, Ливий предлагал то же самое, но при этом еще и освободить их от земельных налогов.
В то же время сенат активно играл с настроениями народа. На фоне показной «щедрости» Ливия, Гая обвиняли в жадности, в том, что он забыл об интересах народа.
Тактика сработала, и вскоре Гай потерял любовь толпы. Попытка переизбраться на должность народного трибуна в третий раз в 121 году до н.э. провалилась. Народ просто не проголосовал за Гая Гракха, и тот был вынужден сложить полномочия, лишившись политического иммунитета.
Зато консулом на этот год был выбран Луций Опимий, ненавидевший Гракха.
Теперь сенат начал наступление на своего врага. Один из новых трибунов Марк Руф предложил в народном собрании ликвидировать колонию Юнония, любимое детище Гая Гракха.
В день голосования по этому вопросу ситуация была очень напряженной. Сторонники Гая шли голосовать вооружившись. Опимий также готовил своих людей к возможному столкновению.
Далее произошла ситуация, которую разные источники описывают нам по-разному, но суть ее заключалась в том, что один из сторонников Гая, повсюду его сопровождавший, желая отличиться, убил человека, который то ли показал Гаю неприличный жест, то ли вообще ничего дурного не сделал, и все это было недоразумением. Как бы там ни было, произошло убийство.
Конечно же, сенат не упустил прекрасной возможности, обвинил в убийстве самого Гая и вызвал его в суд.
Гай знал, что суд будет несправедливым, поэтому собрал своих сторонников, вооружил и заменил Авентинский холм и отказался сдаваться суду. Оттуда он предпринял попытку устроить переговоры, направив в сенат своего посла с предложением мира и гармоничного сосуществования.
Сенат же решительно настроился извести Гая. Консулу Опимию были предоставлены чрезвычайные полномочия для борьбы со смутьянами, а в городе по сути было введено военное положение. Впервые в истории Рима вооруженные солдаты действовали по приказу консула в самом городе.
Лучники Опимия подошли к холму и начали стрелять. Сотни сторонников Гая, окружавши его, погибли, остальные бросились бежать в рассыпную. Сам Гай тоже бежал. Говорят, что, убегая, он пытался звать людей на помощь, но никто не решился более его поддерживать. В итоге он покончил с собой, понимая, что не сможет скрыться от преследования и зная, какая участь его ждет.
Сразу после смерти Гая Гракха сенат поспешил отменить большую часть его реформ и законов. Передел земель и их раздачи беднякам прекратились, из-за чего разорение крестьянства продолжилось.
Римский народ лишь спустя время понял, кого потерял. После смерти Гракхов стали почитать еще больше, чем при жизни.