Александр Богданов, революционер начала XX века, часто остается в тени, хотя он был близким сподвижником, а позже ярым противником Ленина. Для того чтобы избавиться от Богданова, Ленину пришлось разработать и провести хитрую провокацию.
Богданов, настоящее имя которого Малиновский, прославился как один из лидеров большевиков во время революции 1905-1907 годов. Однако его исключили из партии из-за разногласий с Лениным по "философским вопросам".
После Октябрьской революции Богданов стал идеологом Пролеткульта, а также основателем тектологии, которая сегодня считается предшественником кибернетики. В 1926 году он вспомнил о своем медицинском образовании и основал первый в мире институт переливания крови. Умер, собственно, в результате одного из своих экспериментов.
Конкурент в партии
В партии Богданова считали вице-лидером большевиков. Однако его исключение из нее было из-за спора по теме "материализма" и "эмпириокритицизма", что вызывает множество вопросов (мы же понимаем, что это не так).
В то время дореволюционные российские партии не отличались культом "Вождизма". У кадетов, октябристов, эсеров и меньшевиков не было ярко выраженного лидера, кроме как у большевиков с Лениным во главе. После раскола с меньшевиков, Ленин остался в одиночестве. Он имел сторонников, но ни один из них не был равен ему.
В 1904 году появился Богданов. Между ним и Лениным произошел своеобразный раздел труда: Ленин стал теоретиком, а Богданов - практиком. Богданов был непреклонным, самостоятельным и не поддавался внешнему влиянию. Конфликтный Ленину было непросто с ним ужиться. Несмотря на это, Ульянов терпел, пока не возникли серьезные разногласия.
Возникшие летом 1907 года разногласия были связаны с вопросом о участии в выборах III Государственной Думы. На конференции присутствовали и представители большевистской, и меньшевистской фракций. Меньшевики проголосовали за участие в выборах, в то время как большевики, за исключением одного, поддержали позицию Богданова о бойкоте выборов.
Этим исключением был Ленин, который нарушив фракционную дисциплину, солидаризировался с меньшевиками. По его мнению, дисциплина была обязательна для всех, кроме него самого.
Решение о участии в выборах было принято большинством голосов - 15 против 11. Ленин, однако, не скрывал своего недовольства (он был в ярости) и оказался в полном одиночестве среди большевиков, которые последовали за Богдановым.
Это унижение он перенести не мог и начал интриги, в которых Богданов, по словам Ленина, отличавшийся "глупой добросовестностью" (то есть порядочностью), не мог с ним конкурировать. Владимир Ильич с презрением относился к таким "буржуазным комплексам".
Ушлые интрижки Ленина
Ленин сформировал редакционную команду партийной газеты «Пролетарий», включавшую его самого, Богданова и Дубровинского. Хотя Богданов и большинство большевиков согласились с позицией бойкота выборов, официальный печатный орган отразил только взгляды Ленина. Богданов после этого покинул редакцию, но Ленин не остановился.
С помощью эмиссаров, которые вели агитацию за одних членов партии против других (за деньги сподвижников), Ульянов попытался переубедить российских большевиков в своей правоте. Однако кассиром этого центра оказался сторонник Богданова, что привело к финансовому конфликту.
Богданов , узнав об этом, обвинил «Пролетарий» в использовании партийных денег в своих интересах. В ответ, новые союзники Ленина - Каменев, Зиновьев и Таратута, обвинили Богданова и Красина в хищении партийных средств. Эти обвинения были опубликованы в "Пролетарии", в то время как заявление Богданова было рассмотрено только внутри партии. Богданов и Красин не могли защититься, и в результате были дискредитированы.
Богданов был исключен из большевистского центра по обвинению в "ревизионизме", "ультиматизме", попытке раскола, создании фракционной партийной школы на Капри, а за одно и в "богостроительстве". Фактически это было равносильно исключению из партии.
Вместо строптивых Богданова и Красина, в ближайшем окружении Ленина оказались послушные Каменев и Зиновьев. Наблюдая за этим, тогда еще малоизвестный большевик Коба - Сталин уже учился у Ленина тонкостям расправы с конкурентами.