У стоматолога

Из кабинета стоматолога Машка-Жонглерша вышла счастливая и... Криворотая. Из-за анестезии верхняя губа девушки и носогубная складка уехала вправо.
Завидев меня, Машка попыталась улыбнуться, но улыбка вышла перекошенной. Я покатилась со смеху.
– Пожалуйста, не улыбайся, - сквозь смех сказала я, подавая ей куртку. Машка насторожилась:
– Почему?
– У тебя странная улыбка.
– В каком смысле странная?
– Лучше тебе этого не видеть.
Я первая двинулась на выход. Жонглёрша пошла за мной, но тут её окликнула блондинка за стойкой администратора и попросила оплатить стоматологические услуги.
Жонглёрша рассчиталась, выскочила на крыльцо и набросилась на меня.
– Что со мной? - смешно пошевелила она нижней здоровой губой. Я опять засмеялась.
Машка во все глаза таращилась на меня, а её верхняя губа, фривольно переместившаяся к щеке, слегка дрожала.
Сдерживая кощунственный смех, я пошарилась в рюкзаке и выудила маленькое зеркальце.
– На!
Она схватила зеркальце и взглянула в него.
– Оу, что это со мной?
– Я не специалист, конечно, но кажется это от анестезии.
Машка вдруг улыбнулась своему отражению и тут же ужаснулась:
– Блин, как страшно! Я что теперь всегда такой буду?!
– Должно все пройти, - неуверенно отозвалась я.
Жонглёрша потрогала свою губу и пальцем попыталась задвинуть её на место, но, как только отпустила, губа упрямо уехала к щеке.
– Что за фигня?! - всхлипнула подруга.

Я отвернулась, чтоб в очередной раз не засмеяться - уж слишком потешно выглядела Машкина нижная часть лица. Краем глаза я увидела, как она достала айкос и стики.
– Да, давай перекурим это дело, - согласилась я и достала свои сигареты.
Нервно затягиваясь дымом, Машка, то и дело, подносила к лицу зеркало и рассматривала убежавшую губу.
– Может быть вернёмся в стоматологию и спросим, что это такое? - предложила я.
Машка отрицательно замотала головой:
– Да ну их! Скажут - оплачивать, а у нас денег нет. Пройдёт, наверное. Только вот когда?


Пока мы курили, мне в голову пришла идея, что Машкину строптивую губу на место может вернуть алкоголь. Ну, то есть, алкоголь мог расслабить мимическую мускулатуру, и в теории на лице все должно стать, как прежде*. Я поделилась с ней своими умозаключениями, Машка признала мою идею гениальной, и мы бросились искать ближайший магазин. Пройдя два дома, мы увидели выцветшую вывеску «Продукты» и залетели внутрь.

Сразу напротив двери за кассовым прилавком сидела продавщица с боевой раскраской на лице, и, судя по драматичным звукам, доносящимся из телефона, она смотрела известный турецкий сериал. Рядом, похрапывая и опираясь плечом на холодильник, спал толстый охранник в серой грязной форме.
Продавщица увидела нас, выключила сериал и пнула охранника. Я бы, наверное, поступила так же, увидев что в магазин ворвались две странные личности: одна с плохо замаскированными синяками, другая со съехавшей набок губой.
– Хр-р, му-а, -  промычал толстый охранник, просыпаясь и растерянно хлопая ресницами. Продавщица, совершенно не стесняясь, ткнула в нас пальцем, мол, бди! Охранник напрягся, приготовившись к самому худшему развитию событий.
Машка, не обращая внимания на встрепенувшийся персонал, бросилась к холодильнику и, поглядев на батарею запотевших бутылок, вытянула банку джин-тоника. На кассе она швырнула банку на прилавок, порылась в карманах и вытащила банкноту номиналом в сто рублей. Продавщица пикнула банку устройством ТСД, взглянула на Машку и презрительно бросила:
– Сто двадцать рублей.
Машка сунула руку в карман, но не найдя ничего, повернулась ко мне:
– Есть двадцать рублей?
– Есть. Сейчас.
Продавщица, скрестив руки на груди, надменно ждала.
– Что вы так смотрите? Это для лечебных целей вообще-то! - пошевелила Жонглёрша нижней губой.
Женщина фыркнула и, взглянув на ухмыляющегося охранника, насмешливо проговорила:
– Знаем, знаем. Каждое утро сюда за лекарством очередь выстраивается. Не магазин, а аптека прям.
– Не надо хамить, - процедила я и бросила двадцать рублей на прилавок.
– Ой, идите уже, лечитесь! - отмахнулась продавщица.

Источник: "Леди предбальзаковского возраста, или убойные приключения провинциалок"