Четвертый круг охраняет фигура, которую Данте называет Плутоном: это Плутос, бог богатства в классической мифологии. Хотя эти две фигуры часто отождествляются, он отличается от Плутона (Диса), правителя подземного мира в классической мифологии. В начале седьмой песни он угрожает Вергилию и Данте загадочной фразой Pape Satàn, pape Satàn aleppe, но Вергилий защищает от него Данте.
Те, чье отношение к материальным благам отличалось от общепринятого среднестатистического, наказываются в четвертом круге. К ним относятся жадные или скаредные (в том числе многие "священнослужители, папы и кардиналы"), которые скупали имущество, и расточительные, которые бездумно тратили его. Скупердяи и транжиры сражаются, используя в качестве оружия большие гири, которые они толкают грудью:
Здесь я тоже увидел нацию потерянных душ,
гораздо больше, чем было наверху: они напрягали грудь
от огромных тяжестей и с безумными воплями
кидали их друг на друга. Затем в спешке
они откатили их назад, одна сторона кричала:
"Зачем вы копите?", а другая: "Зачем вы тратите впустую?"
Связывая этот грех невоздержанности с двумя предшествовавшими ему грехами (сладострастием и чревоугодием), Дороти Л. Сэйерс пишет: "Взаимное потакание своим слабостям уже переросло в эгоистичный аппетит; теперь этот аппетит осознает несовместимые и столь же эгоистичные аппетиты других людей. Равнодушие перерастает во взаимный антагонизм, представленный здесь антагонизмом между накопительством и расточительством". Контраст между этими двумя группами побуждает Вергилия рассуждать о природе Фортуны, которая возносит народы к величию, а затем ввергает их в нищету, перемещая "эти пустые блага от народа к народу, от клана к клану". Эта речь заполняет то, что в противном случае было бы пробелом в поэме, поскольку обе группы настолько поглощены своей деятельностью, что Вергилий говорит Данте, что было бы бессмысленно пытаться заговорить с ними — на самом деле они утратили свою индивидуальность и стали "неузнаваемыми".
Теперь к стиху :
...
С яростным рёвом , мощным прыжком,
Ринулся в сторону Цербер-страж круга.
Волной из земли и ветром из смрада
Меня покатило со склона куда-то...
....
Катясь по песку, ударяясь о камни,
Начал видеть что цвет у песка очень странный.
То цвет был похож на солнечный луч,
Такой же слепящий , такой же манящий.
Большой валун ,наконец ,остановил мой путь,
Ударившись об него, и стоная от боли
Решил у него я чуть-чуть отдохнуть...
Всё тело стонало, но холод металла был мне приятен и очень знаком,
То не песок был, а пыль золотая,
Которая летела с гор, оседая...
Вдруг слышу звон Рога, и звон монет эхом,
Тот кто не знал цену деньгам - в кругу этом...
Цепляясь за свой злата мешок,
Его наполняет всё больше и больше
Каждое трубенье - Рог,
Тот Рог Изобилия - хвалебного Плутоса,
Который на троне вкушает нектар,
Смотря на алчность и своекрыстие,
В глазах лишь читается - "...как низко ты пал..."
Коль ты не смог затащить свое злато
Быстрее чем -кто то другой,
Столкнули тебя, или сам ты кого-то
"Случайно" ударил ногой,
Бросая мешки, златые камни друг в друга,
Устраивая мордобой...
Неуж-то ты думал, что подняв на вершину
Тебе будет уют и покой?
***
Гора злата так велика, в перемешку с выбитыми зубами, глазами, остатками конечностей, золотой цвет в перемешку с кровью напоминает-закат , закат твоей сущности...
***
Даа...унес своё злато с собой ты в могилу,
И оно не спасает тебя даже в аду....
Ценность души не измерить деньгами,
Если сияние её не померкнет на фоне обычного камня...