Два года назад, 20 августа 2022 года, в результате теракта в Подмосковье трагически погибла журналист, публицист и политолог Дарья Дугина. Исполнители этого покушения стали известны практически сразу, однако до сих пор так и не были привлечены к ответственности. NEWS.ru поговорил с человеком, хорошо знавшим Дарью, — редактором отдела спецпроектов информационного агентства REGNUM Михаилом Мошкиным. О том, какой была Дугина, какие цели преследовали заказчики преступления и какой резонанс эта трагедия вызвала в обществе, — в его интервью NEWS.ru.
«Ужас друзей и злорадство врагов»
— Михаил Сергеевич, когда и как вы узнали о гибели Дарьи?
— Поздним вечером 20 августа — тогда же, когда и все, кто хорошо знал Дашу, но не был непосредственным свидетелем трагедии. Я тогда только вернулся из поездки в Крым. По дороге случилась непредвиденная остановка: на железнодорожном перегоне в Джанкое была диверсия — подрыв на рельсах. По счастью, последствия быстро ликвидировали, и по дороге в Москву мы читали, как наша ПВО отбивает атаки украинских дронов на полуостров. Мы с семьей вспоминали, как видели на рейде военные корабли, беспокоились о тех, с кем познакомились в Евпатории, — не задело ли?
Была мысль о том, что в Крыму чувствуется близость фронтира. И это не прочерченная на карте граница, а живой, горящий и кровоточащий рубеж. Линия фронта, линия боевого соприкосновения с врагом — это частный случай фронтира. С этим термином нас как раз познакомила Даша Дугина на лекции в Евразийской школе и в выступлении в книжной лавке «Листва». Она рассказывала об особом духе, метафизике фронтира, и говорила не отвлеченно-философски, а основываясь на опыте своих поездок в Донбасс. Мы все тогда говорили, что пора бы ей написать книгу об этом.
Мы — все те, кто был во всех смыслах вдали от линии фронта — мыслили и ощущали войну как нечто далекое. Фронтир — это где-то там, за Соледаром, у Артемовска и вокруг мариупольской «Азовстали», где, как говорила Дарья, слышалась музыка смерти. Но не в Москве и не в подмосковном Захарово, где как раз в день моего приезда из Крыма открывался фестиваль «Традиция», где выступал Александр Гельевич Дугин и где — как я точно знал — будут наши друзья, в том числе Дарья.
Помню, очень жалел, что мы не успеваем туда. За год до тех событий ездил, привозил жену и сына на концерты фолк-групп, на мастер-классы по кройке и лепке, а сам в это время «зависал» на философских лекциях. Была мысль, что с утра зайду в Telegram, посмотрю фотографии с «Традиции». И вдруг кто-то пишет: «Прокомментируйте гибель Дарьи Дугиной». Первая мысль в первую секунду — какой-то чудовищный бред. Вторая — провокация ЦИПсО. Но затем начались звонки друзей, поток видео- и фотосвидетельств. Горящая машина, искаженное болью лицо Александра Гельевича, первый ужас друзей и тут же — злорадство врага.
Целиком читайте здесь - https://news.ru/russia/pisala-chto-gotova-umeret-geroem-kem-na-samom-dele-byla-darya-dugina/