29 июля Исламская Республика Иран нанесла звонкую публичную пощечину христианскому миру и прежде всего Римской Католической церкви. МИД Ирана вызвал на ковер посла Франции и вручил ему ноту протеста в связи с оскорбительным попранием символов христианства в постановочных шоу, приуроченных к открытию Олимпиады в Париже.
В ЧАСТНОСТИ, ФРАНЦУЗСКОМУ ПОСЛУ БЫЛО ВЫСКАЗАНО возмущение по поводу издевательства организаторов мероприятия над образом Исы (Христа) - бога в христианской традиции и пророка - в исламской. Бесспорно, инициатива протестной ноты исходила от верховного политического и духовного лидера ИРИ аятоллы Али Хаменеи, который этим своим шагом доказал, что фактически является не только главой шиитского мира, но и защитником всех религий и, прежде всего, авраамических конфессий.
Мировая пресса, занятая ходом самой Олимпиады, а также событиями на Ближнем Востоке, вокруг Украины и американскими выборами, практически не заметила этого события. Или, точнее, сделала вид, что не расслышала звон иранской оплеухи. Хуже того, провозгласившая себя мировым гегемоном христианства Римская Католическая церковь тоже поначалу никак не хотела реагировать ни на олимпийскую вакханалию, ни на инициативу Рахбара.
Тем не менее (вероятно, после жарких дебатов в папской канцелярии и под давлением той части верховных иерархов (кардиналов), у которых еще остались мозги и крохи религиозного честолюбия), Папа Римский выступил-таки с соответствующим посланием. Оно было опубликовано спустя целых 7 (!) дней после самой позорной во всех смыслах церемонии и спустя 5 (!) дней после иранского демарша.
Складывается ощущение, что Понтифик вообще не коснулся бы этой темы, если бы не Рахбар и его стремление призвать к порядку разнузданный либеральный мир. И был вынужден это сделать лишь из соображений политико-дипломатического толка, но никак не из чисто религиозных побуждений, как подобало бы «наместнику Бога на земле». Однако даже при том, что Папа все же выступил с соответствующим посланием, оно никак не реабилитировало его. Ибо послание это получилось корявым и абсолютно жиденьким по смыслу.
«Святой Престол был опечален определенными сценами на церемонии открытия Олимпийских игр в Париже и не может не присоединиться к голосам, поднявшимся в последние дни, которые осуждают оскорбление, нанесенное многим христианам и верующим других религий», - говорилось в пресс-релизе.
Прежде всего режет слух определение «опечален». Не «возмущен», не «негодует», не «осуждает», а всего лишь «опечален». Словно речь идет не о преднамеренной богомерзкой свистопляске на святынях, а всего лишь о проливном дожде, испортившем крестный ход.
Далее вызывает недоумение формулировка «присоединяется к голосам». Оказывается, Святой Престол считает нужным не первым поднять голос против уничижительного для религиозных чувств христианского мира шабаша, а лишь «присоединиться» к голосам «иных», у которых, надо полагать, есть больше причин и оснований возмущаться, чем у самого Ватикана.
СКАЗАТЬ, ЧТО СЛУЧИВШЕЕСЯ ПОЗОРИТ ВАТИКАН И ПОНТИФИКА – значит, не сказать ничего. Ибо то, что происходит, - не следствие плюрализма, нынче якобы признанного в качестве основной доктрины католической церкви, и не акт облагораживающего смирения, которое будто бы проповедовал Христос.
Все намного прозаичнее: финансы, бизнес-интересы и зависшая над Святым Престолом плеть в руках либералов, которая будет пущена в дело с отсылкой на педофилию в католической церкви, на гомосексуализм, на «незажившие от инквизиции раны Европы» и на уничтожение католическими миссионерами целых цивилизаций по всему миру.
Много еще есть накопившихся «обид» у западного миропорядка, чтобы вменить их в вину Святой курии. Именно поэтому последняя предпочитает держаться на коротком поводке у хозяев мира, оставаться глянцевой картинкой для любования, стать карикатурой на саму себя, нежели вступать в противоборство с «либеральной нечистью» с заведомо проигрышными шансами.
Но должно ли это волновать ревностного рядового христианина? Должно ли оправдывать в его глазах позорище, допускаемое «Святым Престолом», воздвигнутым на костях тысяч мучеников за веру и сонма католических подвижников, оставшихся верным завету Божьему перед лицом меркантилизма политики и мирских искусов?
Очевидно, что нет. «Смирение» церкви - это ее смерть в глазах паствы. «Плюрализм» папства – это его поражение в войне Бога за истину. Не за то ратовал «первый папа» - святой Петр, когда попросил пригвоздить себя к кресту головою вниз. Не за то он принял физические страдания пострашнее даже Христовых.
Подписывайтесь на наш канал!