- Извращуга! Выпусти меня! Буду жаловаться! Лапищи свои убери! Мама!!!
- Пациент скорее жив, чем мертв, - травматолог Иван Васильевич Хрясь втянул сигаретный дым и от удивления выпустил его противоположным рту местом.
- Однозначно, и умирать он, судя по всему, мне собирается, - анестезиолог Петр Петрович Моли бога нервно хохотнул,- прямо завидно, такая любовь к жизни.
- Любовь к жизни или ты опять что- то нахимичил?
- Не, все по протоколу.
- По протоколу у нас одно, а по жизни один анальгин с димедролом.
- Зато как бодрит, видимо!
Медсестра Щетинина, дама краш- наркозной комплекции ( анестезия путем соприкосновения с темечком пациента всяких тяжелых предметов) завистливо вздохнула:
-:Силён, зараза!
- Люсь, а с чем его привезли? Я чего- то запамятовал.
- Перелом всего пациента со смещением.
- Смещением куда?
- Туда! - Щетинина томно устремила глаза к давно не крашенному потолку районной больницы.
- Мож, помереть хочет в более презентабельных условиях? - предположил Молибога.
- Мож, твой анальгин был просроченным?
- А загипсовали ты его на славу.
- Зато не мерзнет.
- Это точно.
- Что встали?! Помогите! Эскулапы туевы!
- Да он и так вполне неплохо справляется, - прыснули доктора, а Щетинина вздохнула по- женски мечтательно.
А на кровати под испуганный писк мониторов загипсованный от макушки до пяток пациент, крепко вцепившись в суховатую женщину в черном балахоне и с отточенной косой перекинул ее через спинку панцирной кровати и совершал действия... ну очень жизнеутверждающие.
Как говорится, если пациент хочет жить, все и всё бессильны.
Добра и хорошего настроения!