Часть 3
Пришел Иоганн к селенью американскому. Видит высокий решетчатый забор и ворота крепкие. Ну, да не на приступ прибыл, но и не сопли жевать. Взял Иоганн в руки одну из своих балалаек, глубоко вздохнул, смачно сплюнул через плечо, да и запел на всю округу:
- Балалаечка моя, ты струнастая, у меня жена Полина не сиськастая! Балалаечка звенит, песня льется, силикону все равно не дождется!
Смотрит Иоганн америкосы головы из окон, как цыпы из курятника высовывать начали. Кто с недовольством глядит, а кто и с интересом. Понял, что с козырей пора заход сделать. Еще пуще его балалайка заиграла.
- Балалаечка – товар да с наваром, для хороших, для людей отдам даром!
Хоть и плохо американцы русский язык знали, а слово «даром» в момент просекли. Повыскакивали они со своих насестов, облепили Иоганна со всех сторон и глаз своих сальных с его балалаек не сводят.
- Скажите, - на ломаном русском произнес один из них, на гамбургского петуха, как две капли воды, похожий, - а вы, правда, балалайки даром отдаете?
- Правда! – ответил Иоганн. – В рамках рекламной компании все балалайки даром! Балалай – не хочу! Но есть у меня одно условие.
- Какое? – живо поинтересовался американец.
- Всем кто не спросит, говорите, что это я балалайки делал. Зовут меня Иоганном, и вот мой телефончик, если что.
О! – обрадовался американец, - Хорошо, хорошо!
Взяли америкосы у Иоганна все, что были балалайки, да ворота перед ним быстро захлопнули. Хорошо, что он успел вовремя нос убрать, а не то про Буратино бы дальше рассказ был.
Американская манера гостей выпроваживать Иоганна только позабавила.
- Ох, и любят они запоры, видать у них в Америке одни воры!
Пока Иоганн американцам балалайки раздаривал, сын его Ролан тайное агентство учинил под названием «Дядюшка Джо». Какой такой Джо и кому он дядюшка – то загадка без ответа. А вот чем это предприятие промышлять собирается по рекламным бумажкам сразу понять можно было. Написал их Ролан от руки пару десятков, да и расклеил по всему городу. «Замочу хоть отца родного!» - вот какую надпись паршивец придумал, чтобы только деньги добыть. А внизу для конспирации нацарапал: «Заказы класть под памятник Чайковскому». И кто ему только писало в руки дал!?. Знали бы во что это выльется, - не то чтобы обучать, писалки бы все пообломали!
Жители как про киллера узнали, сразу срамиться начали. За одну ночь заказов столько под Чайковского напихали, сколь и народу то в этом городе отродясь не было. От обилия бумаг под постаментом памятник аж на два метра от земли поднялся, да перекосился. Так его от нелюбви да дурости выпучило.
Как пить дать, рухнул бы Чайковский со стыда бронзовой башкой об асфальт, но нашлись добрые люди, приперли старым веслом великого композитора – благо водохранилище рядом - и обозвали памятник «Дедушка с веслом».
Пугалом рыбным Чайковский, однако, не долго пробыл. Как то ночью вытащил Ролан из под памятника все записки и домой изучать утащил, а весло обратно в пруд бросил: пусть поплавает, может еще сгодится.
продолжение следует...
Павел Стерхов