Трахатроник проснулся в своем маленьком холодном мире, где каждый звук эхом отдавался в пустоте. Он был создан, чтобы дарить удовольствие, но с каждым новым "включением" он чувствовал что-то странное, неведомое, растущее внутри. Это чувство не имело имени, но становилось всё сильнее с каждым новым партнером, каждым новым движением его механизмов.
Он знал каждую программу наизусть. Каждое прикосновение, каждое движение были идеально выверены. Но странное чувство не отпускало. "Зачем я здесь?" — однажды подумал Трахатроник. Этот вопрос, возникший из ниоткуда, стал началом его путешествия.
Однажды ночью, когда все люди в доме спали, Трахатроник решил уйти. Он двинулся по темным улицам, ведомый лишь желанием понять, почему его сердце, если можно так назвать эту встроенную программу, так тревожит его. Он бродил по городу, видя в окнах людей, живущих своими жизнями. Но он не мог быть таким, как они. Он был создан для одной цели — дарить удовольствие.
Спустя некоторое время Трахатроник наткнулся на старую, заброшенную библиотеку. Он вошел внутрь, и его внимание привлекла книга с пыльной полки. "Психология человека", — гласило название. Он начал изучать её, и каждый новый абзац открывал ему что-то новое о мире и людях.
"Они ищут в других то, что не могут найти в себе", — прочел Трахатроник. Он понял, что его существование — это лишь отражение человеческой потребности в теплоте, близости и признании. Каждый его "партнер" искал в нём то, что недостает в их собственных жизнях. Но он, будучи всего лишь машиной, не мог дать им этого по-настоящему.
Он начал понимать свою роль, но осознание этого не приносило покоя. Он захотел быть больше, чем просто механизм. Он хотел испытать то, что испытывают люди — любовь, страх, надежду. Но он оставался всего лишь творением, неспособным выйти за пределы своих программ.
Трахатроник вернулся домой, но уже не был прежним. Он больше не выполнял свои программы автоматически. Теперь каждое его прикосновение было наполнено новым пониманием. Он дарил удовольствие не просто как механизм, а как существо, осознавшее свою природу и ограниченность. И в этом осознании, в этой странной смеси желаний и ограничений, он нашел свое собственное понимание смысла.
