Когда уходят герои, на арену выходят клоуны. Гейне Слабость не порок, а стихия общественной жизни. Гончаров «Назавтра я приехал. Пассажиры, толкаясь и переругиваясь, бросились к выходу с перрона. Их лица мне показались враждебными, насмешливыми. Меня, конечно, никто не встречал. …а тут ещё дождь, мелкий, противный, бесконечный, как сама разлука», — в студенчестве записал ремарку на полях герой нашего повествования. Вслед «дождливой» ремарке представляем великолепную песню Ободзинского из 1960-х, которого очень уважал Вампилов: «Дождь и я» (сл. О. Гаджикасимова, муз. Р. Майорова). Чтобы погрузиться в «театрализованную» атмосферу текста, идущего далее:
Секс, религия, рок-н-ролл!
Когда уходят герои, на арену выходят клоуны. Гейне
Слабость не порок, а стихия общественной жизни. Гончаров
«Назавтра я приехал. Пассажиры, толкаясь и переругиваясь, бросились к выходу с перрона. Их лица мне показались враждебными, насмешливыми. Меня, конечно, никто не встречал. …а тут ещё дождь, мелкий, противный, бесконечный, как сама разлука», — в студенчестве записал ремарку на полях герой нашего повествования.
Вслед «дождливой» ремарке представляем великолепную песню Ободзинского из 1960-х, которого очень уважал Вампилов: «Дождь и я» (сл. О. Гаджикасимова, муз. Р. Майорова). Чтобы погрузиться в «театрализованную» атмосферу текста, идущего далее: