Когда приходится оказаться в местах, где прошло детство, всплывают воспоминания. Мне было 11 лет и на детском празднике «Книжкина неделя» я познакомился с мальчиком на год моложе. Оказалось, что мы живем по соседству, по разные стороны площади. Через некоторое время я получил от него приглашение на его день рождения.
У мальчика была настоящая еврейская бабушка и поэтому угощения были – объедение. Набив животики, мы с именинником отправились во двор прогуляться. Был теплый апрельский день. Во дворе к нам подошли два пацана моего возраста и стали требовать с приятеля должок – 15 копеек. Денег у должника не было и он впал в сильное замешательство. Пацаны настаивали, из разговора с ними мне стало ясно, что накануне приятель проиграл им эту сумму в «ножички».
Игр в «ножички» было несколько, с разными правилами. Вспоминаю, что самой красивой была игра в «фигурные ножички». В ней нужно было втыкать нож в землю разными способами и из разных положений: от колена, от локтя, от плеча, головы – в определенной последовательности.
Другая игра – «догонялки». На земле чертилась черта – старт. На некотором удалении другая черта – финиш. Начиная от старта нужно было втыкать нож в землю, двигаясь к финишу. Каждый следующий бросок ножа делался с места, где он воткнулся. Нужно было преодолеть расстояние, сделав как можно меньшее количество бросков. Если нож после броска не втыкался, терялось время. Ведь соперник продолжал бросать.
Третий вид - «государство». Чертился большой круг и в нем расчерчивались сектора по числу игроков. Каждый получал свое «государство». По очереди втыкая свой нож в территорию соседа, игрок по определенным правилам отрезал от нее кусок в свою пользу, увеличивая свое «государство». Тот, у кого оставалось территории так мало, что на ней не умещалась одна его подошва – вылетал из игры.
Четвертый вариант – «города», был самым сложным, т.к. кроме умения бросать нож в этой игре требовалось еще тактическое и логистическое мышление (хотя тогда мы даже слов таких не знали).
Именно в такую игру проигрался мой приятель. Из чувства благодарности еврейской бабушке я решил помочь её внуку. Предложил пацанам сыграть в такие же «ножички» по 10 копеек. Тут я схитрил, предложив им сыграть втроем. Ведь если б я стал играть с каждым из них, а они оказались бы мастерами, то мне пришлось бы расстаться с двугривенным. А при игре втроем – только с гривенником. Ребята согласились.
В те годы все нормальные пацаны имели перочинные ножики. Был он и у меня, но пижонский, с многими отделениями. Такой же был и у моего приятеля. Такими ножами было трудно играть – не та центровка. Поэтому мы договорились играть «правильным» ножом одного из моих соперников. Тот нож был с одним лезвием.
Игра в «города» состояла в том, что на ровной земляной площадке играющие чертили себе по одному небольшому кругу. Это были их «столицы». Начав играть, каждый втыкал нож в землю поодаль от «столицы» и в этом месте чертил новый круг. Это был «город». Свои «города» игрок соединял чертой, чтоб не спутать с чужими. Игроки стремились не только «строить» свои города, но и захватывать чужие. Это можно было делать только стоя в своем городе и броском воткнув нож в город противника. Чем дальше друг от друга располагались города игрока, тем труднее было врагу их захватывать, труднее совершить точный дальний бросок. Поэтому соперники внимательно следили друг за другом и выбирали места для своих новых городов сообразуясь со своим умением бросать. Столицу можно было захватывать лишь тогда, когда захвачены все ее города.
Уже в начале игры я понял, что пацанам не знакома тактика, широко применявшаяся во дворах по другую сторону площади. Они старались нагородить побольше «городов» на максимальном удалении от своих «столиц». Я же выстроил цепочки городов прямо от своей столицы к их. Причем, последние свои города поставил совсем близко к целям – «столицам», но на максимально возможном для меня расстоянии от моих предпоследних городов. Тут они и попались! Увидя, что мои города стоят совсем близко к их городам, они тут же совершили захват. Но следующие броски им предстояли уже на максимальное расстояние и они оба благополучно промазали. Ход перешел ко мне. И вскоре я уже расстреливал их «столицы» с близкого расстояния из возвращенных мною моих городов.
«Столицы» полагалось захватывать троекратным втыканием ножа «росписью». То есть, держа его за кончик лезвия на манер авторучки. При таком броске нож совершал одно-два вращения, прежде чем соприкоснуться с землей. Нож был хорош, и сделать это не составило мне труда.
Я забрал у пацанов свой выигрыш - 5 копеек, оставив им 15 в счет долга моего приятеля. Который в это время сиял, как масленичный блин. Мы вернулись в квартиру, бабушка заметила наше возбужденное состояние. Но мы не стали ей объяснять, просто сослались на хорошую погоду.
Приятель все же проговорился про наше приключение. Об этом я узнал от моей мамы. Мама сказала:
- Его родители запретили ему дружить с хулиганом, который так ловко обращается с ножом!
Мой папа, услышав это, сказал:
-У тебя не подходящий для игры нож. Я куплю тебе хороший.