Вот и в нашей жизни настал момент, когда забрать маму к себе стало не просто желанием, а необходимостью. Я видела, как она долго стоит и держится за калитку своего старого домика на краю села, в котором, может неидеально, но счастливо жили с отцом.
Я её не торопила, а ждала, когда она будет готова идти со мной.
Теперь мы будем вместе. Cнова. Как в детстве. Только теперь не она будет водить меня за ручку, кормить и помогать мыться, а я.
Моя дочь уже выросла и строит свою жизнь, а мы с мамой привыкаем друг к другу с новыми ролями.
Моя небольшая двухкомнатная квартира зажила новой жизнью. Теперь по коридорам, громко шаркая тапочками, ходит пожилой ребёнок со своими капризами и причудами.
Сначала мне давалось тяжело привыкнуть к поведению мамы, которое раньше было совершенно другим. Она всегда была очень жизнерадостная и активная. Иногда вредная. Сейчас же её вредность стала детской, капризной, на которою даже невозможно обижаться. А активность наблюдается у неё разве что по вечерам, когда ей нужно срочно убираться в комнате. Я стараюсь не мешать этой активности, даже если с утра мне на работу. Ведь для неё это очень важно.
Новый день мама начинает с окрика нашего кота Филимона. Зовёт, чтобы он полежал с ней, но он почему-то не идёт. Я сначала и сама пытаюсь вспомнить, куда же запропастился этот котяра, а потом с ужасом вспоминаю, что никакого кота у нас нет. Филимон убежал по весне из родительского дома ещё лет 5 назад. От этого мне становится жутко и сердце сжимается от воспоминаний, а потом я сама себя успокаиваю тем, что приятных воспоминаний в маминой голове больше, и пусть они живут там намного дольше.
Раньше мама телевизор почти не смотрела, вечные заботы, работа отнимали у неё кучу времени. Сейчас же просмотр телевизора для неё стал определённым ритуалом. Пусть даже без звука, это абсолютно неважно, главное там есть люди и цветные картинки, а иногда текст, который она пытается прочитать в очках. Но вряд ли успевает, т.к. строка идёт очень быстро. Каких-то ведущих и звёзд она даже узнаёт и называет их фамилии.
Мне сначала не нравилось её пристрастие к «ящику», но потом я поняла, что это развлечение теперь с нами постоянно. Она скромно спрашивает меня, не мешает ли мне он. «Ну конечно нет, мама!» - громко говорю ей я, несмотря на свою усталость. Она прочитывает по губам и успокаивается.
Иногда мы капризничаем, например, когда не хотим есть, или еда не такая, какая должна быть. Можем даже бросить ложку или откинуть бокал с чаем в сторону. Я не злюсь в такие моменты, а увожу маму в комнату, включаю телевизор или просто оставляю одну, чтобы она отвлеклась. Минут через 20 она уже зовёт меня и спрашивает: «Будем ли мы сегодня кушать?». «Конечно будем, я тебе такой вкусный суп сварила». И мы снова идём на кухню, как ни в чём не бывало. Суп и чай становятся вкусными и желанными.
Когда же я прихожу домой, мама бежит ко мне, насколько ей хватает сил и начинает расспрашивать меня, где я была, почему так долго. Даже если я уходила в магазин на полчаса и говорила ей об этом. Я понимаю, что она очень остро нуждается в моём присутствии, а когда меня нет, её охватывает паника.
Она, словно маленькая хрупкая девочка, которая боится оставаться одна и живёт в своём маленьком мире, только ей понятном. И уже немножко мне.
Первое время я думала, что буду срываться, сходить с ума, сидеть на успокоительных, но теперь это моя жизнь, и я адаптировалась. Я рада и спокойна, когда прихожу домой и слышу знакомые передачи по телевизору или кличку кота Филимона. Мне уже не жутко, а радостно, что я могу ещё побыть мамой для мамы!