Утром 18 августа 1919 года лейтенант Лоренс Нэпир, командир торпедного катера CMB №24, давал показания, находясь в советском плену. Его слова, зафиксированные в протоколе допроса, удивительным образом сочетали досаду с фамильной гордостью:
«Будь проклят этот Кронштадт! Мы много раз бывали в серьёзных переделках, таких как атака Зеебрюгге или Остенде, и не потеряли ни одного катера. А в этом большевистском гнезде погибли три си-эм-би, один не дошёл, таким образом, британский флот на Балтике потерял пятьдесят процентов своих торпедных сил... Но лично для меня есть утешение: знаменитый адмирал Чарльз Нэпир, который в 1854 году блокировал Кронштадт, не сумел в него прорваться! А я смог! Я как бы завершил начатое нашей семьей!»
Ирония ситуации заключалась в том, что катер самого Нэпира был потоплен, а его экипаж выловлен из воды. Тем не менее, факт остается фактом: впервые за 215 лет существования Кронштадтской крепости корабли противника прошли через линию фортов и атаковали гавань.
Воздушная тревога в Кронштадте была объявлена в 03:45. В небе над базой появились английские самолеты, начавшие бомбометание. Зенитные батареи открыли заградительный огонь, и гарнизон полностью переключил внимание на угрозу с воздуха — эта часть плана сработала безукоризненно.
Под прикрытием авианалёта к гаваням на предельной скорости двумя эскадрами приближались семь торпедных катеров типа CMB (Coastal Motor Boat). Согласно первоначальному плану их должно было быть восемь, но один по техническим причинам вышел из строя на переходе и участия в атаке не принял.
У ворот гавани в сторожевом охранении стоял эскадренный миноносец «Гавриил». Именно он и испортил англичанам всё дело: его сигнальщики сумели различить в предрассветных сумерках стремительно движущиеся объекты с низким силуэтом и открыли огонь. Один из британских катеров попытался контратаковать, выпустив торпеду. Она прошла в опасной близости от борта «Гавриила», но взорвалась, ударившись о гранитную стенку. Практически одновременно сам катер был накрыт ответным артиллерийским огнем и мгновенно превратился в пылающий факел.
Два катера, опасаясь губительного огня «Гавриила», не рискнули выйти из-за угла Военной гавани. Однако четыре оставшихся, маневрируя на огромной скорости, ворвались во внутреннюю акваторию.
"По темной воде гавани, в неверных отблесках рассвета, залпов и взрывов, с необычайной скоростью скользил неуловимых очертаний предмет — необъяснимый, чудовищно быстрый на поворотах. C него-то и летели к нам пули, непрерывным дождем стучавшие по броне рубки. «Гидроплан!» — крикнул кто-то, и дула орудий резко опустились вниз, ловя «предмет», чертом вьющийся в тридцати саженях от них."
Так описывал CMB непосредственный участник событий Леонид Соболев, впоследствии известный советский писатель, а тогда штурман линкора «Андрей Первозванный». Подобная ошибка была вполне закономерна: торпедные катера появились в арсенале британцев всего за полтора года до описываемых событий, и советские моряки попросту не знали об их существовании. Так что ничего удивительного, что их приняли за гидропланы.
Ворвавшиеся в гавань катера непрерывно стреляя из пулемётов выпустили свои торпеды по линейным кораблям «Петропавловск» и «Андрей Первозванный», а также, как они предполагали, по подводным лодкам, которые были зафиксированы на этом месте аэрофотосъёмкой сделанной накануне атаки.
"Андрей Первозванный" получил пробоину с левого борта - торпеда повредила две броневые плиты. Если бы удар пришелся дальше к корме, то, безусловно, последовал бы взрыв погребов боезапаса и корабль взлетел бы на воздух. Торпеда выпущенная по «Петропавловску» цели не достигла. Подводные лодки также остались невредимыми, зато две торпеды попали в плавбазу «Память Азова» – подлодки ранее стоявшие у её борта накануне сменили место и о чём, конечно, англичане не знали.
Выполнив залп, катера начали отход. Если прорыв внутрь гавани удался благодаря эффекту неожиданности, то на выходе их уже ждал готовый к бою «Гавриил». Двум катерам, правда, удалось уйти, а вот ещё два были потоплены. Относительно их уничтожения существуют две версии.
Согласно первой, при маневрировании в тесной акватории два катера допустили столкновение друг с другом и потеряли ход, став легкой мишенью для артиллеристов эсминца. Вторая версия, больше похожая на правду, гласит, что головной катер был подбит снарядом «Гавриила» прямо на выходе и загорелся. Следовавший за ним на полной скорости второй катер врезался в подбитую машину, после чего оба были расстреляны.
В любом случае британцы потеряли три CMB и ещё часть катеров получила повреждения. При атаке погибли четыре офицера и трое матросов, а девять человек оказались в плену. Потери Балтийского флота: тяжело поврежден линкор «Андрей Первозванный», потоплена плавбаза «Память Азова», легкие повреждения получили эсминец «Гавриил» и гражданское судно.
Внешне эффектная акция оказалась по большому счёту неудачной. Главная цель — уничтожение основных сил Действующего отряда флота — достигнута не была. Как точно резюмировал адмирал И. Исаков, участник тех событий:
"Английская операция... по существу провалилась, а её уцелевшие участники позже уехали в Англию, с ясным осознанием того, что Кронштадт – не Зеебрюгге, а война с Советской Россией – сложнее, чем всё то, что они знали по личному опыту или из истории."