Студенты нашего университет за время обучения получают практическую подготовку в разных учреждениях, что помогает им набраться необходимого опыта для будущей работы. Студентка пятого курса факультета «Консультативная и клиническая психология» МГППУ Александра Никифорова поделилась своим опытом прохождения практики в детском наркологическом центре.
Атмосфера детского наркологического центра
Как ни странно, но те ребята, которые к нам приезжают, по большей части готовы идти на контакт. Конечно, когда они приезжают впервые, они озлоблены. Их легко понять: их вытащили из семьи, из компании друзей, с которыми у них были одинаковые привычки. У них забрали то, что приносило им удовольствие.
Но это не плохие люди. И, что самое главное, они остаются детьми. Заходят к нам в кабинет, проходят тесты на компьютерах, а потом спрашивают: «У вас что, клавиатура светится? Здорово!» Много просто веселых и искренних ребят. Мы их учим получать удовольствие по-другому — общаться со сверстниками, например. Подталкиваем их к разговору.
Чем помогает психолог
В рехабах всегда есть психологи. Занимаются они с детьми и индивидуально, и в коллективе. Учат договариваться. Условный Вася, сидя в кругу ровесников, может сказать: «Да ты, Ваня, вообще меня бесишь!» Психолог аккуратно поправляет: «Хорошо, Вася. Мы будем придерживаться „я-высказываний“. То есть не „Ваня меня бесит“, а „я раздражен, если Ваня что-то делает“». Подростков учат понимать свои эмоции и общаться. Задача это непростая.
Но несмотря на то, что дети здесь могут обзывать друг друга, у них складываются в итоге теплые, почти семейные отношения. После тестирования они, например, часто говорят: «Мы будем дожидаться наших братьев и сестер». Звучит это сильно.
Родители зависимых подростков
Сложно с ними еще и потому, что до реабилитации этих детей никто не учил разговаривать, понимать себя и других. У большинства этих ребят очень непростые отношения с родителями.
В трудные моменты главное — не навязываться, но и не сильно отдаляться. Можно предложить хотя бы раз в месяц проводить время с семьей. Но это должна быть не майская посадка картошки, а то, что важно для ребенка. Нужно постараться вникнуть в его интересы. Вот ребенок говорит: «Хочу на выставку современного искусства!» — а там какая-то мазня, какая-то лепнина или еще что-то. Вы сжимаете зубы и радуетесь, что ребенок проводит с вами время.
И не бойтесь показаться какими-то не такими: ребенку легче открыться, когда он видит, что родитель чего-то может не знать, чего-то бояться, за что-то переживать. Подросток тогда воспринимает взрослого как обычного человека, а не идеального робота. Он хочет на выставку сходить, а вы: «Слушай, боюсь, что я ничего в этом не понимаю». Он говорит: «А я объясню». Пусть объясняет! Пускай расскажет, что для него значит эта картина.
Значимость поддержки
Разговоры — это важно. Даже когда кажется, что ребенок говорить не хочет вообще. Вот подросток грустный приходит домой, а ему «делают мозги»: «Ты со своими компьютерными играми совсем уже ничего не делаешь! Поэтому и двойку получил!» Лучше просто ребенка пожалеть, погладить элементарно по голове. Даже самый «ежовый» подросток в такой момент смягчается. Потому что это неожиданно: мама меня поддерживает? Она на меня не кричит? Вау!
Когда об этих схемах рассказывают со стороны, многие родители воспринимают в штыки и говорят: «Всё это не сработает»
А вы пробовали? Попробуйте. Это трудный процесс. Доверительные отношения с ребенком выстроить сложно, особенно если они изначально таковыми не были. Но почему бы просто не попытаться? Подросток подумает: «Мама реально пытается как-то найти ко мне подход. Может, я ее слишком сильно отталкиваю? Может, правда стоит сходить с ней куда-нибудь, пообщаться, провести время вместе?» Это не гарантирует, конечно, что подросток сможет избежать зависимости. Но это база, от которой ребенок сможет оттолкнуться, когда встанет перед сложным выбором.
Самое главное, что стоит понимать и родителям, и тем, кто работает с детьми с зависимостями: они больны. И мы не можем им гарантировать полное выздоровление. Наша цель — стойкая ремиссия. Срыв может произойти всегда, в любую минуту и секунду. Через неделю или через 12 лет. Это нельзя спрогнозировать, но нужно всегда быть к этому готовым. Зависимость — это хроническое заболевание. А человеку с хроническим заболеванием нужна поддержка близких.