«Высшее счастье жизни – это уверенность в том, что вас любят; любят ради вас самих, вернее сказать – любят вопреки вам; вот этой уверенностью и обладает слепой. Свет для него не погас, если он любим. И какой любовью! Любовью, целиком сотканной из добродетели. Где есть уверенность, там кончается слепота. Душа ощупью ищет другую душу и находит ее. И эта найденная и испытанная душа – женщина», — это отрывок из романа Гюго «Отверженные», который читал один из главных героев спектакля. И это было прекрасно.
Действие проходило в старинной квартире доктора Очаповского. Перед тем, как зайти, зрителям выдают маску, которую будет запрещено снимать до самого конца мероприятия. С этого момента есть только вы и шоу. Стоит упомянуть, что театр иммерсивный, а значит, что нет сцены и нет дистанции. Вы становитесь соучастником событий, можете свободно передвигаться по комнатам и даже взаимодействовать с предметами вокруг. Представление открывается с выступления оперного певца, далее сюжет построен вокруг троих героев – композитора Глинского, доктора-офтальмолога Очаповского и ученицы епархиального училища Ефимии. Выдуманная только девочка. Остальные так же, как и мы сейчас, жили, любили, смеялись, плакали. Уследить можно лишь за кем-то одним, поэтому выбор ты делаешь самостоятельно. Мой пал на самого доктора. Сцена начинается с того, что доктор у окна заботливо перевязывает бинтом слепую девочку. Сначала зритель может почувствовать неловкость от такой близости к происходящему, но вскоре смущение сменяется восхищением. Его история полна отчаяния – как помочь неизлечимой девочке? Как спокойно жить, когда рядом умирает душа? Ответ один: лечить душу чувствами и верить. Эти терзания вперемешку с невероятными декорациями, костюмами, оперным пением, наполняли глаза слезами, то ли от светлого и прекрасного, то ли от серого и печального. По истине духовное и эстетическое наслаждение.
Удалось подглядеть и за сюжетом пары Глинского и Ефимии. Она – почти слепа и душевно больна, но чувствует мир глубже, чем кто-либо другой. Он – ценитель музыки, видит в ней все то, что не под силу кому-то еще. То, как актеры смотрели друг на друга, как нежно пытались передать все чувства, показывает большой профессионализм молодых ребят. Примечательно, что иммерсивный театр подразумевает под собой возможное взаимодействие зрителя и актера. Один из играющих, в момент трагичной сцены прошептал что-то зрительнице на ухо, и по её щекам тут же потекли слезы. Никто, кроме этой девушки, не услышал послания, но тронул всех.
«Незримое» нужно смотреть сердцем.