Одно из самых ярких детских воспоминаний - ожидание грозы в деревне. Мне лет десять-одиннадцать, самый разгар лета. Я на велосипеде остановился на просёлочной дороге и смотрю на наступающую синюю тучу. На улице резко темнеет, ветер порывами поднимает пыль. По телу бегут мурашки и становится тяжело дышать от какого-то первобытного страха и, почему-то, от восторга.
Такое состояние хорошо передал И. Бродский в стихотворении о ястребе, который в полете борется с ветром и холодом:
"Он чувствует смешанную с тревогой гордость".
Тогда я тоже чувствовал гордость, поскольку, увидев страшную тучу, я не мчусь домой, а как бы бросаю ей вызов. Мне хочется дождаться её и успеть забежать во двор в самый последний момент перед ливнем, не раньше. Приехать заранее - как-то не по-геройски.
В последнее время я часто возвращаюсь к мысли, что эта туча - моя смерть: нечто несоизмеримо более сильное, нечто неизбежное. Я знаю, что в конце всё равно уступлю и стихия поглотит меня, но сначала я всё-таки поборюсь, хотя бы подразню её.
Такое принятие своей смертности, своей конечности позднее я встретил у В. Высоцкого.
"Мы пошустрим, и как положено умрем".
Для меня было так странно, что только в тот момент, когда моя туча, моя смерть совсем рядом, именно в этой точке я чувствую себя максимально живым.
Так я пришел к довольно банальной мысли о том, что смерть придает смысл жизни, окрашивает её, но здесь я не претендую на оригинальность мыслей, разве что на оригинальность последовательности мыслей.
На этом моменте в размышлении возникает развилка:
- Первый путь - уйти в тему героя: узнать, откуда берется эта героика, почему мне так важно сразиться с тучей, почему только в моменты сопротивления и борьбы с чем-то более сильным я чувствую себя живым;
- Второй путь - уйти в анализ, и здесь открывается широкое поле для интерпретации: что это за детская история о некой непреодолимой силе, довлевшей надо мной, выйти на детско-родительские отношения и так далее.
- Третий путь - поговорить о зависимости от этих ярких эмоций, о жизни как бы на пределе. Насколько я понимаю, во многом из-за этого спасатели, врачи и другие похожие по наполнению профессии испытывают большие трудности с возвратом к "мирной" жизни, потому что после их рабочих американских горок и вечного нахождения на острие обычная жизнь кажется абсолютно серой, пресной. Они как будто теряют из виду свою тучу.
Но сейчас я хочу увести немного в другую сторону. Через много лет я стал работать юристом в довольно конфликтной сфере - банкротстве, провел в ней без малого девять лет, и там я раз за разом (и не без удовольствия) сталкивался со своей тучей - рисками, проблемами, ошибками, преодолением. По крайней мере, именно так я воспринимаю этот период.
Затем, через несколько лет личной терапии и после обучения на психолога я уволился и туча как будто на время ушла, но с ней ушло и ощущение вот этого нерва жизни. И встал вопрос, а могу ли я жить без этой тучи над головой и при этом чувствовать себя живым?
Я боюсь смерти как, наверное, любое живое существо, боюсь смерти как ещё не в полной мере реализовавшийся человек, чувствующий большой интерес к жизни.
И здесь я понимаю, что сравнение тучи и смерти не совсем честное, потому что в детстве в том противостоянии с тучей я все-таки знал, что нахожусь в безопасности, что это лишь игра, что всё понарошку, что я сам придумал себе врага. Смерть же куда более реальна и, что самое обидное, куда как более буднична.
Мне всегда было грустно читать строчки Е. Евтушенко:
И если умирает человек,
С ним умирает первый его снег,
И первый поцелуй, и первый бой -
Всё это забирает он с собой.
Мне жаль этого героя, как жаль самого себя. Мне не хочется расставаться с самим собой: со своим маленьким внутренним миром, который каким-то чудом вообще возник, а затем сложился в нечто уютное для меня. Мне тяжело думать о будущем уходе всех самых близких людей, поскольку в них я оставляю часть себя, через них я узнал себя.
И, тем не менее, сейчас, по крайней мере к тридцати годам, для себя я нашел следующий ответ на вопрос о смерти:
Для меня смерть побеждается повседневностью, рутиной, "забывчивостью дня", о которой писала М. Цветаева. Такая незаметная, постоянная, тягучая жизнь перемалывает вообще всё, и даже смерть. И это на самом деле здорово, потому что, погоревав о своем уходе, ты можешь пойти и съесть что-нибудь вкусное, прижаться к кому-нибудь теплому, включить что-то смешное и жизнь продолжится.
Поэтому я всё-таки дождусь свою любимую тучу, сяду на велосипед и поеду домой пить чай с мятой и блинами.
-----
Психолог Мотькин Роман. Запись на консультацию: https://taplink.cc/talkingcure