Часть 3
В прошлой части мы остановились на этапе жизненного пути троюродного племянника ересиарха украинства Михайлы Грушевского Сергея, когда он служил “белым”.
После перехода власти к “красным”, он выехал из Киева в Златополь, где открыл институт народного образования … им. III Интернационала. Одновременно весьма успешно трудился инспектором Полтавского губотдела образования, преподавал историю в Полтавском институте народного образования, публиковался в газете «Більшовик Полтавщини»,
делегатствовал на I, II и III Всеукраинских педагогических конференциях, губернских и окружных съездах.
Для подстраховки он публично отрёкся от прошлых воззрений, опубликовав в газете коммунистов Полтавщины «Голос труда» заявление:
Я лично нахожу, что… является глубоко ошибочной именно позиция той политической группировки, к которой я некогда принадлежал.
В этот же период его отец, священник Русской Православной Церкви, перешёл в Украинский автокефалическую.
Осудив свои же взгляды, в 1925 году Грушевский получил «жирное» назначение в Луганск – проректором по учебной работе (с правами первого проректора) в Донецком институте народного образования, одновременно – деканом факультета социального воспитания. Считать это ссылкой, как утверждают некоторые современные луганские историки, не поворачивается язык. Тогда же Грушевский проявляет себя как заместитель главного редактора научно-методического журнала «Освіта Донбасу» (будущая «Радянська школа»), в которой и сам публиковался со статьями о революционном движении в Донбассе.
В рамках украинизации он работал над проектом «кафедры донбасознавства», создал «Наукове товариство Донбасу». За активную позицию был выдвинут депутатом Луганского горсовета, членом его президиума, депутатом Луганского окружного совета, членом его исполкома. Следует признать, что Грушевский № 2 пользовался авторитетом, на что указывали многие его коллеги и соратники.
К началу 30-х, когда политика истеричной украинизации была свёрнута, он устремился в Краснодар, где ещё дули ветра украинства, был назначен заведующим кафедрой истории Украины Краснодарского педагогического института им. Н.А. Скрыпника. Разработал план по полному переходу института на мову к 1 января 1934 года. Его кафедра была полностью переведена на украинский язык к лету 1932 года.
13 января 1933 года Грушевского №2 арестовали по обвинению в участии в контрреволюционной организации «Союз Кубани и Украины», доносы писали его же соратники. Сам он обвинение признал. 3 ноября 1937 года был расстрелян по приговору суда.
Есть в этой истории один интересный момент. Грушевский, прекрасно зная малороссийское и галицийское наречия, всю жизнь в семье и с близкими людьми говорил на русском. Его дневниковые записи тоже написаны на нём. Находясь в заключении, он писал:
Ах, если бы старик Тургенев
Послушал их, хотя бы миг,
Сказал бы он — какой же гений
Великий русский наш язык!
Но оба эпизода украинства в его жизни казались искренними не менее, чем период черносотенного русского национализма.
История Сергея Грушевского, человека деятельного и одарённого, весьма поучительна не только с точки зрения последствий многократного предательства своих взглядов. Есть в ней ещё один момент – это поразительная лёгкость представителей упоротого национализма сменить этническую составляющую – с украинской на русскую, с русской на украинскую. Вероятно, есть что-то близкое в таких взглядах. Надо про это помнить и не позволять себе заражаться крайними вариантами идей национализма.