Городок Кросс-Крик был словно вырезан из другого времени — тихий, заброшенный, окружённый лесами, которые простирались на многие мили. Но в этом забытом уголке мира было место, о котором никто не говорил вслух — старая мельница на краю леса. Говорили, что она проклята, что там пропадали люди, и что по ночам оттуда доносился странный, скрежещущий звук, как будто кто-то пытался выбраться наружу.
Джек Кроули, журналист на пенсии, приехал в Кросс-Крик, надеясь найти вдохновение для своей последней книги. Истории о мельнице привлекли его внимание, и, несмотря на предупреждения местных жителей, он решил расследовать это дело.
В первую ночь Джек установил лагерь неподалёку от мельницы. Небо было покрыто густыми облаками, и только слабый лунный свет пробивался сквозь них. Ветер шевелил мёртвые ветви деревьев, создавая жуткий звук, но Джек не был из тех, кто легко пугался.
Когда стрелка часов приближалась к полуночи, он услышал тот самый скрежет, о котором говорили. Звук был таким, словно огромные шестерни вращались в пустоте. Джек взял фонарь и пошёл к мельнице. Войдя внутрь, он увидел, что здание было заброшено уже много лет. Сухие, гнилые балки угрожающе скрипели под порывами ветра.
Но этот звук... он был неестественным, не похожим ни на что, что могло быть создано человеком. Джек следовал за ним, пока не достиг старого механизма в центре мельницы. Огромные шестерни, давно заржавевшие, неожиданно ожили, словно подчиняясь невидимой силе.
Звуки становились громче, а в воздухе повисла тяжёлая атмосфера, как будто что-то наблюдало за Джеком. Внезапно пол под его ногами начал вибрировать, и он почувствовал, как мельница оживает. Вокруг него стены начали меняться, древесина темнела и расползалась, как будто разъедаемая невидимой кислотой.
Пытаясь выбраться наружу, Джек ощутил холодное дыхание на своей шее. Он обернулся и увидел фигуру — высокий человек, покрытый тенью, глаза его светились в темноте. Взгляд фигуры был наполнен ненавистью и жаждой крови. Это было нечто древнее, что проснулось вместе с мельницей.
— Ты пришёл слишком поздно, — голос фигуры был хриплым, как скрип старого дерева. — Мельница проголодалась.
Джек попытался убежать, но двери закрылись с оглушительным треском. Тени начали окружать его, словно живые. Он знал, что это его конец, но в последний момент мельница замерла. Шестерни остановились, и тьма рассеялась. Джек обнаружил, что стоит посреди дневного света, а вокруг — лишь развалины.
Он покинул Кросс-Крик, решив, что это была лишь игра его воображения. Но когда он вернулся домой и начал писать, ему не удалось сделать ни одного шага. Каждый раз, когда он пытался напечатать хоть одно слово, его пальцы замерзали, и он слышал тот самый скрежет.
Через несколько дней полиция нашла его мёртвым за письменным столом. Но странность была в том, что на его лице застыло выражение глубокого ужаса, а рядом с телом лежала записка: "Она ждёт, и я — её следующий".
Жители Кросс-Крика рассказывали, что спустя некоторое время после смерти Джека, мельница снова ожила. Теперь, когда кто-то проходил мимо неё ночью, они могли услышать стук машинки для письма и скрежет шестерёнок, перемалывающих душу очередной жертвы.