- Как меня твои котлетки воодушевляют! – глядя на хозяйку умильными глазками, промурлыкал Баюн, благоговейно дожевывая котлетку.
- Вотеляют, тогда уж, - расхохоталась Ягуся.
- Не, не, не!!! – горячо возразил Баюн, - именно, что воодушевляют! Я вот как съем одну порцию, прямо весь мир люблю! Такой воодушевленный становлюсь, такой восторженный! А вот если бы мне вторую…- он незаметно, как ему казалось, пододвинул блюдечко поближе к хозяйке, - так я бы... эх, я бы…ух…весь мир бы спас! – и он трогательно влюблено заморгал на Ягусю глазками, старательно двигая блюдечко в её сторону.
- Что? Даже посуду за собой помыл бы?
- Не, не, не!!! – опять зачастил Баюн, открещиваясь от такого героизма, - мне столько котлет не съесть! Вот никакочки! Не, не, не!!! Да и чего её мыть-то?! – блюдечко подползло ещё ближе, - ты глянь, оно же чистое!
Ягуся рассмотрела совершенно чистое блюдце, вылизанное до блеска, и расхохоталась ещё громче.
Все хитрости своего любимца она видела насквозь.
Но котлетку в намёковое блюдечко положила. Что ей, котлетки для котика жалко что ли? Пусть воодушевляется!
- Только смотри мне! – погрозила она лопаткой, - воодушевишься до песен под окном, порцию урежу! Будешь без воодушевления жить!
Баюн виновато прижался к полу.
- Ты ж знаешь…это не котлетки…это порция валерьянки была…
- Вот и постарайся без неё, понял?
- А чего ж тут не понять…- поглядывая на суровую лопатку, Баюн принялся за новую порцию воодушевления.
Котлетки были чудесными, ароматными, сочными. И до него прекрасного доходило, что лучше уж порция такого воодушевления, чем совсем без неё!
Правильно же, да?