15 лет назад умер Сергей Михалков – советский и российский поэт, баснописец, писатель, публицист, драматург, сценарист.
Соавтор (совместно с Эль-Регистаном) слов гимна СССР и автор слов гимна современной Российской Федерации.
Автор классической поэтической пенталогии для детей: «Дядя Стёпа», «Дядя Стёпа в Красной Армии», «Дядя Стёпа – милиционер», «Дядя Стёпа и Егор» и «Дядя Стёпа – ветеран».
Наш товарищ, литературный критик Матвей Раздельный напомнил интересное.
Итак.
Все помнят, что Сергей Михалков – отец кинорежиссёров Никиты Михалкова (и, к слову, автор басни «Заяц во хмелю», строчки из которой: «Да я семь шкур с него спущу! / И голым в Африку пущу!..» – цитирует персонаж Станислава Любшина в фильме Никиты Сергеевича «Пять вечеров») и Андрея Кончаловского. Оба – классики.
В Великую Отечественную – военный корреспондент газет «Во славу Родины» и «Сталинский сокол», участник обороны Одессы (где был контужен), участник обороны Севастополя, подполковник.
Кстати, в «дядястёпаниане» имеется огромное количество военных мотивов (стилистически перекликающихся с «василийтёркинианой» Твардовского):
Вот, например, из «Дяди Стёпы»:
«И того, кто ростом мал,
На параде поднимал,
Потому что все должны
Видеть армию страны».
«После чая заходите –
Сто историй расскажу!
Про войну и про бомбёжку,
Про большой линкор "Марат",
Как я ранен был немножко,
Защищая Ленинград».
А вот из капитально забытого, но при этом актуального как никогда «Дяди Стёпы в Красной Армии» (тут как будто про СВО речь: дядя Стёпа идёт в бой, чтобы поставить пограничный столб там, где укажет Родина, берёт Львов и заявляет «солдатам, украинцам-землякам», что он не против них воюет, а против панов, которые тех эксплуатируют):
«В темноте на правом фланге
Раздаётся Стёпин бас:
"Я готов служить народу,
Нашим братьям, землякам,
Чтоб навечно дать свободу
Батракам и беднякам.
Я возьму сегодня в бой
Пограничный столб с собой,
И он в землю будет врыт,
Где мне родина велит".
Наступают наши части,
Отступает польский пан.
Мы несём с собою счастье
Для рабочих и крестьян.
Занят Львов, и взято Гродно,
За спиной бойцов Столбцы.
Мощной силою народной
В бой бросаются бойцы.
Вот идёт, нахмурив брови,
Дядя Стёпа – рядовой.
На лету гранаты ловит
У себя над головой.
Взял вельможный офицер
Дядю Стёпу на прицел.
Залп.
Рассеял ветер дым –
Стёпа цел и невредим.
Поднял руки бледный пан,
Перед ним стоит Степан.
Дядя Стёпа, как игрушку,
Отпихнул ногою пушку:
"Прóшу пане, сдать наган,
Прóшу в плен, вельможный пан".
Не хотят солдаты драться,
А хотят идти сдаваться.
Офицер кричит: "За мной!"
А солдат кричит: "Домой!"
Вылезает из окопа
Офицер-парламентёр.
А навстречу дядя Стёпа –
Бывший слесарь и монтёр.
Офицер идёт к монтёру:
"Что вы просите от нас?"
А в ответ парламентёру
Раздаётся Стёпин бас,
Говорит Степан: "Солдаты,
Украинцы-земляки,
Белорусские ребята,
Польских панов батраки,
Мы пришли не с вами драться, –
Мы несём конец панам,
Выходите к нам брататься,
Подходите, братцы, к нам!
Вас в деревне ждёт работа,
Вам домой давно пора!"
И пятьсот солдатских глоток
Громко крикнули: "Ура!"»