За восемь лет службы на Камчатке, я побывал на различных охотах и разнообразные истории пока сидят в моей памяти но просятся наружу, наиболее запоминающиеся я и хочу рассказать.
Весенние ночи отдаленных восточных рубежей по — зимнему холодные, и порою, температура опускается гораздо ниже нулевой отметки. Открытие охоты неизменно выпадает на 1 мая, и бравые охотники нашего департамента, «отбодавшись» от служебных обязательств, еще с вечера отправились к заветным охотничьим местам.
Лагерь мы обычно разбивали на берегу небольшой речушки под нежным названием Таенка, которая впадала в могучий Тихий океан, напоминавший о себе шумным прибоем.
Растительности вокруг практически не было, тундра почти до самого вулкана, поэтому мы привозили с собой пару ящиков от НУРСОВ ( неуправляемых ракетных снарядов), наполненных сухими дровами.
Запылал охотничий костер, на котором вскоре в котелке закипел шулюм из картошки с тушенкой, обильно сдобренный луком и перцем.
Все это было так же быстро съедено, как и приготовлено, и запито спиртом и чаем. На этом основная часть ожидаемых эмоций была выполнена, оставалось дождаться утра и поохотиться.
За тихими байками о прошедших охотах, каждый стал укладываться на ночлег по-своему. Кто-то взял спальный мешок с палаткой, кто-то просто разложился, подставляя спину горящему костру.
Среди нас был коренастый якут Василий, который пылал охотничьим азартом не просто так, у него даже мать была профессиональным охотником.
В нашей части он был техником самолета Ил-14, между прочим большую часть работ Ленина он знал наизусть! Вася был скромный, не обидчивый, не умел рассказывать анекдотов, был очень добрым парнем.
Посидев у горящего очага пока все не разбрелись по своим "ложам", он придвинул пустой уже ящик, ближе к костру и довольно удобно в нем расположился, тем более его небольшой рост был ему в помощь.
Ближе к рассвету бывалые охотники стали оживлять костер и вскоре над ним уже закипел чайник.
Утреннее чаепитие уже было в самом разгаре, когда обратили внимание, что среди нас нет Василия. Вспомнили, что он вроде ложился в ящик от снарядов, стоящий недалеко с закрытой крышкой и начали бросать в него небольшими ветками.
Внезапно крышка ящика откинулась, словно катапульта и из неё буквально вылетел наш Василий, с такими расширенными глазами, что перестал быть схожим на представителя морозной национальности. Проследовав к костру в кальсонах( он еще и разделся) без обуви, и только напившись чая, стал объяснять, в чем дело.
Ему приснился кошмарный сон, будто его похоронили заживо, и когда начали гроб закапывать ( полетели ветки от нас) — он проснулся.
Ужас охватил его! Осознав, что действительно находится в гробу, он резко открыл его крышку. Поэтому долго не мог вернуться в себя… Насмеявшись, мы посочувствовали Василию и стали разбредаться по лужам тундры, что бы не прозевать начало утреннего лета уток. На этом история не заканчивается.
Наша тройка, в которую входил и участник кошмарного сна, направилась к месту охоту. Предстояло пройти небольшое расстояния, что бы перейти речку вброд.
Но вскоре Василий предложил переходить речку в другом месте, где якобы он не раз это делал. Было темновато, и нельзя ничего разглядеть в черной воде.
Василий пошел первым, и через несколько метров, со словами – ну вот, видите, я почти перешел – на поверхности воды осталась только одна ондатровая шапка, поплывшая по поверхности талой водицы.
Мы помогли Василию выбраться из ледяной реки, и продолжили путь к броду, а бедовый коллега отправился к костру, где его ожидал полный ящик сухих, березовых дров. Но и здесь рано ставить точку.
Расположившись в нижнем белье возле костра, он с завистью слушал выстрелы и наблюдал, как охотятся его коллеги.
В один из моментов он заметил стаю уток, которая летела над самой тундрой в его сторону.
Быстро схватив попавшийся под руку патрон, он попытался вставить его в патронник. Удача и тут отвернулась от него.
Утки пролетели над головой, а все оставшееся время, Василий извлекал папковый патрон 12 калибра, который он умудрился впихнуть почти на половину в своё ружьё 16 калибра, где тот безнадежно застрял в патроннике …
Ну не Васькин был этот день…1 мая.