«Когда Маяковский читал свои стихи, мы чувствовали шум толпы». Агитатор, горлан, главарь? Каким видели Маяковского современники? Маяковский о себе говорил: «Я — поэт. Этим и интересен». Я встречал людей, которые говорили мне, что они не любят Маяковского. И мне жаль их... А я люблю Маяковского. Маяковского, который не кончился в день своей физической смерти... Маяковского, который продолжается. Я люблю его за высочайшую человечность и яростную непримиримость. Я люблю его за советскость каждой строки. Советскость до конца. Во-первых: когда мы говорим о поэте - дай нам бог помнить о веке. Второе и обратное: говоря о данном поэте, Маяковском, придется помнить не только о веке, нам непрестанно придется помнить на век вперед. Эта вакансия: первого в мире поэта масс- так скоро-то не заполнится. ль револи оборачиваться на Маяковского нам, а может быть, и нашим внукам, придется не назад, а вперед. ...Маяковский ушагал далеко за нашу современность и где-то, за каким-то поворотом, долго ещ
«Когда Маяковский читал свои стихи, мы чувствовали шум толпы».
Агитатор, горлан, главарь? Каким видели Маяковского современники?
Маяковский о себе говорил: «Я — поэт. Этим и интересен».
Я встречал людей, которые говорили мне, что они не любят Маяковского. И мне жаль их... А я люблю Маяковского. Маяковского, который не кончился в день своей физической смерти... Маяковского, который продолжается.
Я люблю его за высочайшую человечность и яростную непримиримость. Я люблю его за советскость каждой строки. Советскость до конца.
Во-первых: когда мы говорим о поэте - дай нам бог помнить о веке. Второе и обратное: говоря о данном поэте, Маяковском, придется помнить не только о веке, нам непрестанно придется помнить на век вперед. Эта вакансия: первого в мире поэта масс- так скоро-то не заполнится. ль револи оборачиваться на Маяковского нам, а может быть, и нашим внукам, придется не назад, а вперед.
...Маяковский ушагал далеко за нашу современность и где-то, за каким-то поворотом, долго еще будет нас ждать.
Читаю взасос Маяковского. Считаю, что поэзия не плавное в его поэмах. Главное то, о чем я пишу каждый день, чтобы день пришпилить к бумаге. Потомки, может быть, и будут ругаться, но дело сделано день пришпилен. И это пришитое есть правда, которой, оказалось, служил Маяковский...
Собственно говоря, никакого футуризма нет, а есть только Вл. Маяковский. Поэт. Большой поэт.
Маяковский создал новый грандиозный стиль револю ционной поэзии огромные полотна, написанные раз машистой и разгневанной кистью. Это была поэзия вос стания, где звучал шаг наступающего пролетариата: «Левой, левой, левой...» Это была поэзия вытянутой вперед, указы вающей руки, как ответа на вопрос - что делать человеку сегодня, сейчас, немедленно, если он с пролетарской революцией.
Маяковский действительно произвел в русском стихе целую революцию, сломав канонические ритмы, внеся в поэтический словарь массовый городской фольклор и говор, словообразования, вызванные революцией. Благодаря этой ломке для Маяковского уже не стало слов, которые нельзя было бы вставить в стих по условиям ритма или произношения слова. Он порвал со словарем «высоким»и «низким». Все для него одинаково достойно поэтического внимания... Вместе с тем Маяковский очень русский поэт. Он использовал огромные возможности именно русской речи, в частности использовал старинный русский лубок.Так же неверно было бы думать, что он стоит вне классической преемственности. Он является закономерным продолжением развития русской поэзии от Пушкина через Лермонтова - Тютчева - Некрасова - Блока.