Однажды гостили мы в Сибири. А зимой без бани, как вы понимаете, там не обходится.
Заходим в баню. Затем в парилку. Окошка нет, полки как в обыкновенной сауне ступеньками, но не суть. Любопытным оказалось само представление о бане у радушного хозяина Петра Николаича.
Первое, что я увидел - это веники из березы повислой. Этакие народные венички метёлки, только без черенка. Вытянутые и плоские, без ручки как таковой. Но ароматные. Были они замочены в теплой воде. Это правильно.
Но, вот хозяин берет веники, и, при мне в парной, окунает их по очереди в бак с кипятком, а затем кладет на раскаленные камни поверх печи, переворачивая, словно обжаривая со всех сторон, до появления запаха горелых листьев. У меня глаза на лоб, а у веников листья в трубочку! Делаю попытку тактичного вмешательства…
В ответ — все нормально.
В парной почти ад! Но пока ещё 90!
Петр Николаич в шоке от того, что мы открыли дверь парной. Я говорю - достаточно топить. Так ещё нет 100 градусов - отвечает хозяин, глядя на термометр и идёт подкидывать полную топку дров. Спрашиваю, а как же женщины и дети, им невыносимо будет! Дети в предбаннике погреются - отвечает. Хозяин барин!
Как парились... Сидели, значит, я, жена и дети на полу в парилке минут 20 и наслаждались мягким теплом правильно потея. Остальные же гости тактично воздержались от похода в такую баню. А хозяин, с ухмылкой глядя на нас, сидел на верхней полке, но раза три за это время выходил и возвращался, так как наверху крайне жарко.
Узнали мы значит, что настоящая баня у них в Сибири - это 100 градусов. Откуда интересно взялась там эта магическая цифра? Я спрашиваю, - а веники зачем? Париться! - отвечает. Как, чем? - уточняю. Ну как, сидишь наверху и обхаживаешь себя веничками - отвечает Петр Николаич. А воду на камни, а пар создать? - интересуюсь я. Нет - отвечает, - зачем?
Век живи, век учись…
Поняв, что с такими гостями "горе-банщиками" каши не сваришь и отказавшись от предложения испытать на себе другую баню, хозяин оставил ее нам и ушел в дом.
А его милая супруга, на минуточку, женщина лет семидесяти, заинтересовалась и попросила ее чуть-чуть попарить.
Настроив баньку на добрый лад, и взяв в руки берёзовые метёлки, я провел ей мягкое ознакомительное парение "по-московски" в суровых сибирских условиях. Эмоции этой женщины описывать не буду, не обладаю таким писательским талантом, но такой бани доселе она точно не ведала.