Бред или личная трагедия?

Возможно мы не всё знаем...

Я в составе команды был направлен на засекреченный объект (что-то на подобии иследоваиельской лаборатори глубоко во льдах Антарктики) для выяснения обстоятельств. Пропала связь с местными учёными и мы должны выяснить что там происходит. После прибытия на место мы попали в научный комплекс подо льдами, внутри похожий на белые лабораторные помещения, разбитые на разные отсеки и каюты. Ни одной живой души не обнаружили. Ни сигнала о бедствии, ни стандартного недельного отчёта от них передано не было. Ни следов конфликта, ни повреждений, ни следов покидания этого учереждения самими учёными нет. Только нетронутая одежда и лабораторные халаты сотрудников без тел. Мы начинаем выяснять обстоятельства и начинает происходить что-то странное. Мы решаем разделиться по двое и обыскать объект. Первыми перестала выходить на связь группа с нашим командиром. Мы нашли их одежду и обмундирование в столовой. Но не их тела. Я и капрал Смит решаем позаботится о плане Б и проверить аварийный выход. Он оказался на половину затоплен талой водой ледников и мы приняли решение заблокировать этот отсек во избежание полного затопления базы. В какой то момент я заглянул в каюту одного научного работника и мне показалось что я увидил движение. Сообщил по голосовой связи о случившемся, но кажется, связь перед стала работать. Не успел я покинуть каюту, как обнаружил что мой напарник Смит исчез. Я рванул в столовую (место сбора) но неожиданно для себя обнаружил что нахожусь по ту сторону, закрытого минутой ранее отсека, по пояс в холодной воде. Я собрал и решил проверить есть ли в затопленной части базы ход наружу. Я нырнул под воду и плыл вдоль поручней лестницы опускаясь всё ниже и ниже. Глаза из-за холода стали замерзать и я потерял путь. К этому моменту воздуха начало нехватать и я решил вернуться обратно. Не успел я развернуться как очутился в столовой среди нашей команды. Командира Брикса и Элис (нашего инженера) по прежнему небыло. Я не понимаю что происходит. Меня окликнул сержант Мэтьюс с вопросом о эвакуационнлм выходе. Я описал обстановку и мы решили связаться с базой. На удивление я был обсолютно сухой. О произошедшем со мной я умолчал, дабы не поднимать панику. Хотя отсутсвие командира уже заставило нас понервничать. Мы предположили вариант заражения неким вирусом или бактериями, но не могли подтвердить эту гипотезу из-за отсутствия тел. Наш медик Джон осмотрел нас на предмет инфекций и заключил отрицательный результат. Устанавливаем камеры наблюдения на подходах к столовой и в близлежащих каютах. Все компьютеры обесточены. Исследовательский центр функционирует на резервных генераторах. В журналах нет записей за последние три дня. А в самих записях нет ничего подозрительного. Как будто все просто испарились. Начались перебои с электроэнергией и мы не смогли открыть дверь головного отсека. А стены лаборатории и толща льда не пропускала сигнал наружу. Я решил передохнуть и осмыслить произошедшее со мной у одной из кают неподалёку. Съел пару питательных батончиков, благо с продовольствием всё в порядке, и умылся. Смотря в зеркало передо мной появляется лицо нашего командира икареженое жуткой гримасой. На мгновение. Думаю, мне померещилось, но ощущение безисходности не покидает меня с момента как мы сюда пришли. Изначально я не предал этому большого значения, но сейчас оно стало наростать. Вдруг замечаю что-то в глазу. Что-то чёрное в слезном канале.

Я прихожу в себя с голым торсом на обеденном столе в столовой. Мне делают искусственное дыхание наш медик Джон. Меня знобит. Я спрашиваю в чем дело. Смит говорит что потерял со мной связь буквально на минуту а затем увидел моё тело в воде по ту сторону запертого отсека. В моих лёгких ещё осталось немного ледниковой воды. Я откашливаюсь. Не понимаю что происходит. Я схожу с ума?!?!?!

Вырубается свет. Включается аварийная тревога. Утечка в главной лаборатории. Что-же они тут изучали? Красные сигнальные огни бьют по глазам. Начинается паника. В конце коридора, ведущего к энергоблоку, я замечаю нашего командира и пулей рвусь к нему. Догнав я одергиваю его. Он неспешно поворачивается ко мне и прости убить его. У него нет глаз а рот зашит. Лицо как будто в печке побывало. Кожа на лице обугленная и потекшая, словно пластмасса. Убей меня. Убей меня! Ни кто из вас не выберется от сюда живой. Прекрати страдания. Убей меня...