Призрачные воины окружили Сигурда и Уну.
- Что вы тут делаете? Забыли правила? Больше трех не собираться!
Кметы тут же ретировались, попятившись назад. Лишь Микаш бросил мимолетный взгляд на Ворона. Наемники обошли крестьян, словно тех и не было. А вот на вора и лучницу они смотрели словно волки на зайца.
- Работы что ли не осталось? - наемник положил руку на эфес меча и опасно близко подошел к Сигурду. Еще бы секунда и долл-астанец понял бы что перед ним чужаки. Но Уна среагировала быстрее и запричитала совсем как бабка.
- Простите нас господин, да не могли мы больше продолжать работать. Выскочило на нас лихо невиданное, вот с такими зубищами! Текали мы оттуда, еле ноги унесли.
Наемник отвлекся от подозрительно крепкого “кмета” и посмотрел на девушку. В рванье, испачканная в грязи и исхудавшая Уна, вызывала жалось, одним своим видом, а ее умелое подражание деревенскому говору окончательно убедило головореза в правдивости слов лучницы.
- Новенькие что ли? - уже более снисходительно спросил наемник.
- Как есть ваша правда господин.
- Где вы видели монстра?
- Вот оттуда он выскочил, - лучница указала в сторону, откуда она и Ворон пришли.
Долл-астанец коротко кивнул, не в качестве благодарности, а скорее в подтверждение услышанного. По всей видимости призрачные воины уже знали с какой стороны произошло разрушение барьера и где погибли их товарищи.
- Ступайте к площади, колдун собирает всех, а мы позаботимся о вашем чудище, - головорез грубо оттолкнул парочку и со своими дружками пошел в указанном Уной направлении.
Сигурд проводил взглядом наемников, не веря в то, что вот так легко удалось отделаться. Некоторое время он ждал, что долл-астанцы развернуться и обнажив кривые ятаганы, двинутся прямо на них. Но наемники, не оглядываясь, исчезли за хижинами, оставив вора и лучницу одних на окраине деревни.
- Ты идёшь? - охотница дернула друга за рукав. - Они могут вернуться.
Сигурда словно выдернули из дремы.
- Да-да, - вор встряхнул головой и неуверенными шагами двинулся по натоптанной тропинке, служившей улицей в этом лесном посёлке. - Как-то легко они отступились, тебе не кажется?
Девушка пожала плечами.
- У них есть заботы поважнее, чем пара отлынивавших от работы кметов, - Уна хихикнула. - Сам понимаешь, чудище возле деревни, это тебе не шутки. - С этими словами лучница так хищно улыбнулась, что Ворон сразу вспомнил с кем он идет рука об руку. От этих мыслей у Сигурда пробежал холодок по позвоночнику.
Вскоре, они услышали гомон собравшейся на площади толпы. Площадью оказалась небольшая поляна, в центре которой располагался огромный, раскидистый дуб. Древесный гигант служил домом для колдуна. И Сигурд понял это с первого взгляда. Точнее сказать, он почувствовал, тем самым чутьем, что открылось ему после того как камень Богов иллианит, вернул его из мира мёртвых. Этот момент заставил вора резко остановиться. Сигурд настолько привык к своему “дару” ощущать присутствие магии, что перестал его замечать. Может быть это стало следствием расширением разрыва между мирами или от того, что он принял свою вторую половину и перестал с ней бороться, а может и то, что Уна носившая два проклятия, все время находилась рядом? В любом случае, Ворон перестал обращать внимание на периодические “вспышки” в его голове, как люди перестают обращать внимание на затянувшийся дождь. Но то, что случилось сейчас, походило на шквал, шторм с громом и молнией. Такое проигнорировать просто-напросто не получилось бы.
По вискам, до самых пят пробежали колкие разряды, предупреждая о могущественной силе заключенной в этом древе.
Сигурд замер на одном месте, пытаясь осознать увиденное.
- В чем дело? - Уна говорила в пол тона. - Нельзя останавливаться, мы здесь как на ладони.
- Я понял, почему Забир просит меня о помощи, - вор пытался справиться со своим страхом, но ноги словно не желали идти дальше. - Это не простой колдун. Я чувствую его силу…
- Неужели опаснее Вольдемара? - лучница хотела так подбодрить друга, но ответ Ворона заставил и ее напрячься.
- Абсолютно.
Сигурд повернулся к Уне понять, насколько та осознает его слова. Но девчонка походила на взъерошенного волчонка добравшегося до трофея взрослых особей. Ее глаза горели звериным азартом, словно она вот-вот готова была сделать прыжок. Не ясно было лишь одно: это в ней говорила проклятая кровь или обычное человеческое желание поскорее избавиться от влияния Вольдемара и Забира. Сигурду стало не по себе. Не хватало еще запороть всю операцию из-за неконтролируемых эмоций.
Между тем, стягивающиеся к площади кметы, начинали подозрительно поглядывать на странную парочку перешептывающуюся посереди улицы.
Вору пришлось выбирать, привлечь к себе внимание призрачных воинов или рискнуть и подойти с гибридом вампира и оборотня в самую гущу толпы. Во всей этой авантюре было слишком много переменных: неизвестный, но могущественный противник, непостоянство Уны, наемники патрулирующие каждую пядь этой злосчастной деревушки и Забир со своим контролирующим кольцом. Последний был самым неприятным. Ворон понимал, что как только главарь наемников почувствует не состыковку по его плану, он без промедления активирует кольцо, заставив лучницу обернуться чудовищем. Для Забира была лишь одна цель - уничтожить соперника и не важно какой ценой.
Сигурд лихорадочно прокручивал в голове всевозможные варианты и каждый раз приходил к выводу, что они в патовой ситуации. Отвратительное чувство, что его, матерого вора, переиграли как новичка, выбивало из колеи. Как же так? Даже первое его ограбление, в дни голодного детства, он продумал тщательнее, чем сегодняшнее покушение! А ведь тогда он всего лишь стащил корзину яблок. Сигурд почувствовал, как паника начинает захватывать его сознание. Слишком безрассудно! Нужно бежать!
Вор схватил подругу за руку и уже наполовину развернулся, как вся толпа неожиданно затихла. По всему телу пробежал озноб. Не нужно даже было видеть, он знал, КОЛДУН явился.
В наступившей тишине, Сигурд услышал биение своего сердца. Слишком громко. Казалось, что тишина длиться бесконечно долго. И следом, как гром, раздался скрипучий голос колдуна.
- Я приветствую вас, мои подданные! Случилось непредвиденное - пал Барьер, что защищал нас от тварей тьмы! - Толпа взволнованно загудела. - Но ни одно чудовище не могло пройти сквозь заслон, что я установил. На это мог быть способен лишь маг или ведьма, причем с незаурядными способностями. Соответственно этот незваный гость где-то среди нас, - крестьяне начали нервно переглядываться по сторонам. - Вопрос в том, - продолжил колдун, - с какой целью он или она прибыли в нашу тихую гавань? - С этими словами Ворон ощутил на себе испытывающий взгляд колдуна. Без сомнений, старик знал о присутствии Сигурда и Уны и никакие попытки спрятаться за спинами кметов, не могли скрыть их присутствия.
- Он нас заметил, - едва шевеля губами, сообщил вор лучнице.
- Что? Как это возможно? - для Уны подобное заявление казалось абсурдным. Ведь они скрыли лица под широкими капюшонами и слились с толпой. Но девушка не знала как видит колдун. Для него, их магическая природа, среди посеревших от страха и злости аур крестьян, выделялась также ярко, как костер в сумраке. И теперь, старик, сверлил их взглядом, продолжая обращаться к своим слугам.
- Прийти к нашему крыльцу скрываясь в тенях, разрушить единственную защиту от сил Тьмы и прятаться среди вас - тех, кто доверили свои жизни мне! - старик сокрушенно помотал головой. - Кто бы эти пришлые не были, намерения у них дурные! Как бы вы поступили на моем месте?! - маг вскинул вверх руки, обращаясь ко всем сразу.
- Найти и покарать!! Убить! Смерть разрушителям!
Толпа шумела и негодовала. Сигурду открылась вся суть несчастных. Эти замученные люди, столько времени находятся в страхах и ограничениях, что управлять ими было проще простого. Колдун перенаправлял скопившиеся эмоции кметов на невидимого, ложного врага. А сам тиран, предстал в виде спасителя обездоленных и слабых. Старик, словно паук, сплел ловушку-паутину, вынуждая Сигурда двигаться лишь по тому сценарию, который выгоден магу.
Останься Сигурд и Уна на площади еще несколько минут и им бы пришлось испытать на себе весь гнев рассерженной толпы. Но у Аншари не было цели убить незваных гостей. По крайней мере не сейчас. Колдун прожил достаточно долго, чтобы понимать, что живые, даже самые заклятые враги, могут принести больше пользы чем мертвые.
- Может среди вас есть кто-то, кто знает или видел что-то? - Колдун буквально пронизывал взглядом Сигурда. - Не хотелось бы, чтобы ошибочно принятое решение, оборвало жизнь двух интересных молодых людей, - после таких намеков, даже самые недалекие кметы начал посматривать на вора с лучницей. Ловушка захлопнулась, дальше отсиживаться было бесполезно и даже опасно. Колдун вынудил парочку играть по его правилам.
- У нас есть для тебя сведения! - Сигурд попытался выкрикнуть фразу естественно, но вышел какой-то сдавленный хрип. Голова кружилась, казалось что все происходит не на самом деле. Ворон чувствовал как ноги перестают его слушаться. И это не было колдовством мага, что с довольным видом, взирал на несостоявшегося убийцу. Сигурд был как ребенок, которого уличили в проступке и теперь отчитывали, а он испытывает одновременно страх, стыд и унижение. В очередной раз, жизь показывает, что будь ты хоть трижды избранный, всегда найдется тот, кто сильнее тебя.
- Замечательно, - старик кивнул, словно знал наперед, что ответит вор. - В током случае прошу за мной, - маг сделал жест рукой, приглашая парочку проследовать за ним.
Толпа расступилась и с отрешенным видом начала расползаться в разные стороны, каждый по своим делам. От подобной демонстрации силы, волосы на загривке зашевелились. Даже Уна, до последнего момента не осознающая могущества колдуна, вытянулась струной и открыв рот наблюдала как крестьяне, позабыв обо всем, принимались за свои повседневные дела.
- Что ты наделал!? - лучница смотрела на возлюбленного, не понимая зачем он раскрыл их.
- Я спас нас, - сквозь сжатые зубы выдавил вор.
- Очень надеюсь, что так..
Сигурд и Уна шагнули вслед за колдуном, но краем глаза вор успел уловить как тень Забира мелькнула за угол дома.
"Не исполнишь свою часть сделки- девчонка умрет!" - слова главаря призрачных воинов, отчетливо прозвучали в голове вора и дыхание Сигурда сперло. Головорез из Долл-Астана не простит оплошности и предательства. Выбор стоял между лезвием и огнем.
Нужно было решаться, но на что именно?
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...