Новелла из цикла "У стен есть уши"
Женщина распустила свои волосы и начала вечернюю песню у костра.
- Я, Акмолот, заклинаю тебя, Чинарбай, люби меня всегда. Пусть я буду у тебя перед глазами, на сердце твоём, на устах твоих.
Огонь в очаге затрещал, свидетельствуя эти слова.
А в далёкой башне Бурана тоска сжала сердце молодого воина Чинарбая. Склонил он голову и задумался о своей любимой.
Не различил из-за грусти своей теней в ночи, не увидел, как тюрки-кочевники поделились на две тёмные массы. Лишь услышав ржанье, крики и выстрелы, тряхнул головой, увидел, что разбойники напали на караван, шествующий по Великому Шёлковому Пути. Забил молодой воин тревогу, разбудил старших товарищей. Открылись неприступные двери башни. Выбежали на помощь воины. Но не добрый был для них час... Окутала их вторая часть неприятелей, что давно, словно волки, поджидала их у дверей башни. Пали мёртвыми первые, самые храбрые, не успев даже вскрикнуть. Упал и Чинарбай, рассыпались чёрные кудри его по ступеням, в последний раз прошептал он имя любимой.
- Акмолот!
В тот момент от горя и из стен башни выступили слёзы, покатились по камню, оставляя наплывы и борозды.
- Акмолот! - прошептали стены.
- Акмолот! - подхватил ветер, закручивая пыль и заметая следы.
Вздохнула горестно земля, видя гибель детей своих. Протяжно вздохнула, задрожала... Закачалась башня. Посыпался камень, засыпая и мёртвых, и живых. Вместо сорока пяти метров к утру всего двадцать пять осталось в башне Бурана.
Но оставшиеся двадцать пять метров бережно хранят эту легенду и рассказывают ее очень часто, нужно только прислушаться. А по ночам ветер, подпевая древним стенам, зовёт прекрасную, как сама любовь, Акмолот.
