Открывая страницы русской истории, скажем, середины XIX века, мы неизбежно знакомимся с феноменом русского террора. Феномен это – оттого, что зарождался в уникальной социально-политической обстановке. Рос, крепчал и множился, подпитываясь основами православной религии, нигилизмом, самоотрицанием. Невозможно в полной мере оценить трагедию, которую пережила Россия в 1917 году, если не понять её истоков. Исток этот – пахнет динамитом, смешанным с апокалипсическим ладаном. В ходе изучения непростых вопросов нашей истории, я неожиданно пришла к редкому произведению в русской литературе. Оно стоит особняком, потому что как литературная единица не представляет из себя чего-то уникального, но как социальное высказывание – по-своему бессмертно. «Конь бледный» - история, рассказанная революционером. История о русском терроре и плате за него. История о поиске ответа на вечный вопрос: «Убий или Не убий?». Ответ в итоге получаемый – безутешный, беспощадный и радикальный. Итак, написал эту историю Б