Глава 1: Привычный кошмар
Утро выдалось прохладным с густыми серыми облаками, город словно готовился к дождю. Анастасия Лебедева стояла перед дверью отдела уголовных расследований, нервно переминаясь с ноги на ногу. Это был её первый день на стажировке, и она чувствовала легкую дрожь по всему телу. Всё, что предстояло, было ново и неизведанно, но её решимость и стремление к справедливости гнали прочь сомнения и страх.
— Вперёд, Настя, — прошептала она себе.
Пройдя длинный коридор, молодая женщина подошла к двери с табличкой "Отдел особых преступлений". Она пока не догадывалась о том, какие неожиданные повороты судьбы ждут ее впереди. Настя постучала и вошла в кабинет. На первый взгляд обычная рабочая обстановка – столы, компьютеры, кипы бумаг. Однако в воздухе чувствовалась какая-то тяжесть, словно невидимая сила пыталась подавить её энергичную натуру.
— Доброе утро! Вы, наверное, Анастасия Лебедева? — раздался за спиной ровный голос. Настя обернулась и увидела мужчину с жестоким взглядом и стальными волосами, сидевшего за столом. Он не был похож на стереотипного полицейского, но в его каждом движении чувствовалась уверенность и холодная решимость.
— Да, это я, — улыбнулась Настя, стараясь не выдать свое волнение. — Вы Николай Громов?
— Совершенно верно. Присаживайтесь. — Громов указал на стул напротив своего стола. Настя села, чувствуя на себе его пронизывающий взгляд.
— Нам предстоит работать вместе. У вас есть какие-то вопросы? — спросил он, переходя к делу, не давая времени для лишних раздумий.
— Что именно от меня требуется? — прямо спросила Анастасия, всматриваясь в лицо Громова и пытаясь угадать, что же за человек перед ней.
— Свежий взгляд и дилетантское любопытство. Кроме того, нужна интуиция и аналитические способности, особенно на начальном этапе, когда расследование еще не сдвинулось с мертвой точки, — ответил Громов с легкой усмешкой. — Наше первое дело будет интересным испытанием.
Он протянул ей папку с делом. На обложке крупными буквами было написано: "Дело №453: Серийный убийца Зеркальщик".
— Этот убийца оставляет послания на месте преступления, — начал объяснять Громов, в то время как Настя листала папку. — Его манифест: у зеркала стоять, пока не увидишь истинное лицо.
Документы были заполнены фотографиями и отчетами о сдвоенных убийствах – каждая жертва была найдена рядом с зеркалом, в котором, вероятно, они видели что-то ужасное перед смертью.
— Это как-то связано с психологией преступника? — спросила Настя, забывшись в деталях, которые изучала.
Громов удовлетворительно кивнул.
— Верно. Наш преступник наслаждается страданиями своих жертв, но он также оставляет за собой записки, которые словно издевка над следствием, пусть и завуалированная под философские размышления.
— Какие-нибудь улики? — полюбопытствовала она, понимая, что за простыми вопросами скрываются важные ответы.
— Немного. Каждое место преступления стерильно чисто, кроме самих посланий. Эта тщательность намекает на педантичную натуру, даже какой-то маниакальный порядок. — Громов сделал паузу и посмотрел на Настю внимательнее. — Интересно? Будете работать с этим делом?
— Конечно, — уверенно ответила Лебедева. — Я здесь для того, чтобы помогать.
— Тогда начнем с места последнего преступления, — резко сказал Громов. — Собирайтесь, у нас есть работа.
Зеркальная загадка вела их к старому заброшенному дому на окраине города. Едва ступив на порог, они ощутили, как веет сыростью и забвением, витающим в воздухе.
— Здесь была найдена последняя жертва, — сообщил Громов, оглядывая помещение. — Попробуем восстановить хронологию событий.
Настя заметила камин с большим зеркалом над ним. Именно здесь убийца оставил свою последнюю жертву. Это было предупреждение или нечто большее? Она подошла к зеркалу и задумчиво взглянула на своё отражение.
— Что ты видишь? — неожиданно спросил Громов, остановившись рядом.
— Себя, — ответила Настя. — Только себя, сквозь призму чужого страдания.
— Верно, — кивнул Громов. — Теперь представь, что ты убийца. Что тебе принесёт удовольствие в этой ситуации?
Настя задумалась, стараясь погрузиться в рассудок маньяка. Она закрыла глаза, представляя, каково это – стоять на этом месте и видеть приближение смерти своей жертвы…