С самого утра меня было дурное предчувствие, что этот день станет каким-то особенно гадким. Я бы даже сказала, с ночи, когда я вставала, чтобы попить воды и проверить свой телефон. Точнее, мужа. Он снова задерживался на работе допоздна.
Это происходит уже какое-то время. Если честно, очень продолжительное, чтобы я не находила себе места последние несколько месяцев, но в плохое верить не хочется. Да тупо страшно верить, что, может быть, за твоей спиной происходит что-то по-настоящему важное, а ты, как страус в песок, голову спрятала и радуешься.
Ну, справедливости ради, радуюсь я не на самом деле.
Это притворство. Я изо всех сил притворяюсь, что не замечаю очевидных перемен, потому что в страшное все еще страшно верить.
Даже если страшное уже стоит слоном в твоей спальни, когда муж ссылается на усталость в ответ на попытку стать ему ближе, отворачивается. Это особенно сильно бьет...то, как он отворачивается каждый раз, когда я тянусь за лаской.
Еще одна истина: женщина всегда чувствуют, когда ее обманывают. И я чувствую. Думаю, я даже с точностью до миллисекунд могу назвать время, когда это началось.
Но мне об этом снова страшно думать. Я не хочу.
Отгоняю все это подальше, обнимаю себя покрепче и поднимаю глаза на супруга. Он только что переступил порог нашего дома, после очередной, уже ставшей нормой, задержки на работе.
Только это не работа.
Мое женское сердце чувствует, что это что-то другое. У него такой виноватый вид…господи, какой же у него виноватый вид…
Глеб медленно снимает свое пальто, потом ботинки, запускает пальцы в длинные волосы и отводит их назад.
Я не могу за этим наблюдать.
Страх нарастает до безумных размеров, будто вот-вот случится то, что перевернет мою жизнь, а я к этому совсем не готова! Пожалуйста, только не это…
Поворачиваюсь и наскоро говорю:
- Ты, наверно, проголодался. Я разогрею.
- Ань… - звучит его тихий голос, который я игнорирую.
Это просто, на самом деле. Сделать вид, что ты ничего не слышала. Ни тоски, ни сожаления, ни того самого решения, которое отражается в каждом гребаном звуке моего имени! И я его сейчас ненавижу просто!
Жмурюсь, отмахиваюсь, быстро достаю кастрюлю из холодильника, а руки трясутся…
Прекрати! Прекрати! Прекрати! Чего ты себе напридумывала?! Это все бред! Ты все себе придумала, придумала, придумала!
Этого не может быть!
От отчаяния я готова уже сейчас разрыдаться, а когда слышу его тихие, но твердые шаги. Застываю.
Глеб еле слышно вздыхает и садится на стул за наш большой стол, который так и не стал…нужным? Полагаю, да. У нас нет детей. Мы так и не завели их, хотя когда-то очень хотели. Глеб просил подождать. Он просил дать себе время, чтобы успеть развить бизнес и потом ни в чем не нуждаться.
Я не была против.
В конце концов, мне всего двадцать пять. Ему тридцать. Это не критичный возраст для детей, и еще пару лет он точно будет в пределах нынешней нормы! Но есть ли у меня эти пару лет?...
Я чувствую, что нет.
Даже не так. Я чувствую, что будет, потому что сердце упрямо стучит «за» нашу любовь, которая не изменилась, а вот разум…разум говорит правду.
Все изменилось.
За твоей спиной.
Все стало иначе, а ты и не заметила…
- Ань, нам нужно поговорить, - звучит то, что ты надеешься никогда не услышать от любимого человека, а когда слышишь… проваливаешься.
Я не знаю «куда».
Я просто провалилась в холод, снег и лед, где ничто и никогда не будет, как прежде…
- Нам нужно поговорить, - Глеб повторяет тверже, а я понимаю, что выхода-то у меня нет.
Я припёрта к стенке. Сердце в груди тарабанит, пальчики подрагивают, нутро все в узел! Страх…он обливает меня нескончаемым, ледяным душем, но бежать некуда.
Не знаю, как удается повернуться к нему лицом. Не знаю, как удается устоять под пристальным взглядом, наполненным до краев...чувством вины.
Эта вина уже говорит мне о том, что случилось.
Она уже мне все сказала, как бы я ни зажимала свои уши. Даже кричать бесполезно. Я вижу этот взгляд и все уже знаю.
Я знаю, что ты сейчас скажешь…
Как в замедленной съемке смотрю, как он медленно открывает рот. Сердце резко тормозит прямо в ребра. Дыхание спирает, а кислород застревает в глотке огромной такой таблеткой, которую я не могу проглотить.
Но это еще полбеды.
У меня с душой происходит такое, что до какого-то дыхания и сердца? Пф, какие пустяки, когда тебя перемалывает на мясорубке, да?
Это фарш.
Внутри меня фарш.
Там, в груди, где раньше было спокойно и тепло — все погибло.
Пожалуйста, не произноси этих слов…давай…давай, мы просто притворимся, что ничего не было? Пусть я знаю, что было, но сейчас мне проще трусливо прикинуться ветошью. Такой, знаете? Тупой женой-кукушкой, которая не замечает, как муж, прикрываясь работой, медленно, но верно…теряет ко мне интерес.
Мда…
Какой позор! Какой срам! Чем я думаю? Где моя женская гордость? Я не знаю. Честно. Потому что я знала слишком давно, а все равно отчаянно старалась его удержать. Покупала новое белье. Платья. Делала укладку, другую. Цвет волос пока не успела изменить, но хотела! Хотя для меня это…ну, как бы серьезно. У меня волосы, как у мамы были в юности, и я хотела бы быть на нее похожей. Она пережила смерть моего отца, а потом быстро собралась в кучу и вернулась на работу. Она -- сильная женщина. И я хотела бы быть, как она. Не гнаться за тем, кто от тебя убегает, но…
Но…
Увы, все сложилось иначе.
Я гналась, хотя знала. Я знала, что за моей спиной, в темноте…там происходит что-то непоправимое.
Меня предают.
Я это просто знала. Каждый раз, когда он приходил домой и отворачивался от меня…я не чувствовала запаха духов, но я чувствовала ее присутствие.
Другой женщины.
- Ань, у меня появилась другая женщина, - Глеб говорит тихо, а для меня звучит, как мощная, пожарная сирена.
Жмурюсь.
Сильнее.
Обхватываю себя руками.
Сильнее.
Мне нечем дышать. Меня расщепляет на атомы. Я аннигилирую…
Так забавно. Я знала, что этот день станет очень гадким, но не думала, что настолько. И я знала, что у него кто-то появился, но…все равно не была готова услышать, как он произнесет эти слова вслух.
Вот так рушатся жизни.
Точнее, моя жизнь, очевидно. Не его.
Он выглядит виноватым, но ему не жаль. Ему не жаль, что она у него появилась. Он счастлив…
А я умираю…
***
Рекомендую книгу на вечер: «После развода. Самая красивая женщина», Ария Тес.