Найти в Дзене
Стихи Самойловой

Здесь был Булгаков

На фото — перекрёсток Малой Бронной улицы и Ермолаевского переулка. Место, описанное Михаилом Булгаковым в «Мастере и Маргарите», именно здесь Аннушка разлила масло, а Берлиозу отрезало голову на трамвайных путях. Перекрёсток не только реальный, но и существовавший в 1930-х годах, когда и писалось великое произведение: здесь и указанные улицы с прежними названиями, и Патриаршие пруды. Разве что, как видно на фото, нет кое-чего очень значимого для данной сцены романа — трамвайных путей. Нет, и что самое удивительное, никогда не было. Берлиоз не стал слушать попрошайку и ломаку регента, подбежал к турникету и взялся за него рукой. Повернув его, он уже собирался шагнуть на рельсы, как в лицо ему брызнул красный и белый свет: загорелась в стеклянном ящике надпись «Берегись трамвая!». Тотчас и подлетел этот трамвай, поворачивающий по новопроложенной линии с Ермолаевского на Бронную. Повернув и выйдя на прямую, он внезапно осветился изнутри электричеством, взвыл и наддал. Конечно, кто-то пр
Москва, перекрёсток Малой Бронной улицы и Ермолаевского переулка
Москва, перекрёсток Малой Бронной улицы и Ермолаевского переулка

На фото — перекрёсток Малой Бронной улицы и Ермолаевского переулка. Место, описанное Михаилом Булгаковым в «Мастере и Маргарите», именно здесь Аннушка разлила масло, а Берлиозу отрезало голову на трамвайных путях. Перекрёсток не только реальный, но и существовавший в 1930-х годах, когда и писалось великое произведение: здесь и указанные улицы с прежними названиями, и Патриаршие пруды. Разве что, как видно на фото, нет кое-чего очень значимого для данной сцены романа — трамвайных путей. Нет, и что самое удивительное, никогда не было.

Берлиоз не стал слушать попрошайку и ломаку регента, подбежал к турникету и взялся за него рукой. Повернув его, он уже собирался шагнуть на рельсы, как в лицо ему брызнул красный и белый свет: загорелась в стеклянном ящике надпись «Берегись трамвая!».
Тотчас и подлетел этот трамвай, поворачивающий по новопроложенной линии с Ермолаевского на Бронную. Повернув и выйдя на прямую, он внезапно осветился изнутри электричеством, взвыл и наддал.

Конечно, кто-то предполагает, что в далёкие 30-е железная дорога вполне могла быть, но каждый, кто видел этот перекрёсток вживую, уверен в обратном: здесь просто-напросто недостаточно места. Более того, каких-либо данных о том, что здесь когда-то могли ездить трамваи, тоже нет. И предположений на этот счёт несколько.

Во-первых, конечно, вообще всё раньше могло быть здесь по-другому: и дороги, и дома, и ширина улиц. Например, известно, что как раз в те времена неподалёку проходило строительство дома — и отсюда следует ещё одно предположение.

Во-вторых, стройматериалы на стройку подвозились именно трамваями, для чего на улицах иногда специально прокладывалась временная железная дорога, которая исчезала с окончанием строительства. Речь идёт, разумеется, не об обычных трамваях для перевоза людей, но если перечитать описание сцены, где Берлиоз лишается головы, то мы увидим, что о пассажирах рокового трамвая ни слова и не сказано. Возможно, их просто там не было?

Вожатая рванула электрический тормоз, вагон сел носом в землю, после этого мгновенно подпрыгнул, и с грохотом и звоном из окон полетели стёкла.

Да, перед этим «отчаянными женскими голосами завизжала вся улица», но о том, что творилось внутри трамвая, мы знаем только из описания выше.

Москва, Патриарший пруд
Москва, Патриарший пруд

Ну и совсем рядом, на Большой Садовой, стоит Булгаковский Дом, где расположен театр-музей, и, собственно, квартира, в которой Михаил Афанасьевич вместе с первой супругой жил в одной из комнат в начале 1920-х годов. Роману «Мастер и Маргарита» отсюда «досталась» известная нехорошая квартира.

Вот как подъезд этого дома выглядит сейчас (листайте карусель).