В «красивую дату» 08.08.2008 мир ждал открытия летней Олимпиады в Китае. Мир замер перед телеэкранами. И вдруг вместо праздника – страшные кадры: на спящий город Цхинвал летит шквал залпового огня со стороны Грузии. В Южной Осетии – война. Танки, крики, плач, дым пожарищ...
Свидетелем событий тех августовских дней стала и нижегородка, журналистка, бывший заместитель главного редактора газеты «Новое дело» Галина Сошкина. Она бросила всё – хорошую должность, прибыльную работу и отправилась в самое сердце трагедии.
О том, зачем она это сделала и что увидела в истерзанном Цхинвале, мы и поговорили с Галиной Сошкиной.
Чужой беды не бывает
– Галина Андреевна, вы на тот момент работали заместителем генерального директора компании «Оргхим». Что вас сподвигло бросить всё и поехать в горячую точку? Вы – осетинка?
– Нет, я русская. Более того, о Южной Осетии я на тот момент мало что знала. 8 августа, как и все, сидела перед телевизором и с ужасом смотрела на происходящее. День, два... И вдруг какой-то внутренний голос сказал мне: «Что толку сидеть, переживать? Надо ехать и помогать людям». Думаю, во мне взял верх журналист.
– Но ведь на тот момент вы уже совсем в другом месте работали. Как вас вообще отпустили на работе?
– Мой замечательный директор Николай Ходов всё понял. И когда я сказала: «Я уезжаю в Южную Осетию», он лишь спросил: «Вы вернётесь?». Я обещала вернуться.
Поехала в аэропорт за билетом до Южной Осетии. Мне сказали: «Можем дать только до Владикавказа, это Северная Осетия. А дальше – как-нибудь уж сами». Купила билет.
Своей старенькой маме сказала, что еду в командировку в Красноярск. И только сыну сказала правду. Он потом не раз звонил мне и спрашивал: «Мама, помощь нужна?» А какая помощь? Беда вокруг.
«Здесь у нас ад»
– Наверное, это страшно – из мирной жизни попасть сразу туда, где война?
– Это первые слова – про ад, – которые я услышала от водителя попутки, на которой добиралась по горной дороге из Владикавказа в Цхинвал – столицу Южной Осетии. Дорога искорёжена военной техникой. А вокруг – виноградники, зелёные поля, горы с заснеженными вершинами. Дух захватывает от этой красоты! И среди всего этого земного рая – дым пожарищ, обломки военной техники, трупы...
– Многие до сих пор не могут понять причины той войны. Это же практически один народ – грузины и осетины. Откуда родилось это противостояние?
– Да, они всегда жили рядом, какое-то время Южная Осетия входила в состав Грузии. А Северная Осетия – в состав России. Разделённый политикой и политиками народ…
Противостояние началось ещё в 20-е годы. Грузинские экстремисты объявили: «Грузия – для грузин». Знакомо, не правда ли? Язык осетинский – запретить, школы – закрыть, культуру – отменить. Всех несогласных гнать поганой метлой из Грузии вон! Но и вышвырнув многих, не успокоились.
Южная Осетия все годы жила под обстрелами, без электричества, часто – без воды и еды. Новый виток ненависти пришёлся на 90-е годы, когда Республика Южная Осетия приняла решение в одностороннем порядке о выходе из состава Грузии.
В ночь с 7 на 8 августа 2008 года Южную Осетию начали обстреливать «Градами». Помните трясущегося и жующего галстук Михаила Саакашвили, президента Грузии? Получив приказ от своих заокеанских хозяев, он отдал приказ начать войну. 8-го утром по Южной Осетии уже шли танки. Расстреливалось всё на пути: люди, дома, транспорт.
Намерению Грузии вступить в НАТО мешал вопрос нерешённых территорий. Мешало упорство жителей республики, не желавших признать себя частью Грузии. Выход был найден самый простой: нет людей – нет проблемы.
Фото: из архива Галины Сошкиной
Фото: из архива Галины Сошкиной
– Вы приехали в разрушенный Цхинвал, где вас никто не знал и не ждал. И что вы стали делать? Куда пошли? Чем занимались? Элементарно – чем питались?
– В Цхинвале я пришла в полуразрушенное здание администрации президента и спросила: «Чем я могу помочь?»
Узнав, что я журналистка, меня попросили помочь в информационном поле. Как вы помните, все международные СМИ преподносили события как войну России с Грузией. Правдивую информацию мы передавали куда только могли.
А ещё просто по-человечески помогали людям пережить их беду. Посидишь рядом с кем-нибудь, обнимешь, поговоришь, иногда поплачешь вместе... Я тогда сказала себе: «Если хоть одному человеку стало легче – значит, не зря я здесь».
Чем питались? Об этом просто забываешь. Лепёшка, вода.
Жили где придётся. Иногда – в разрушенной гостинице Цхинвала – без окон, без дверей, с гарью до слёз. Воды не было. Утром поставишь кружку под кран, смочишь пальцы в те несколько капель, что накапали, протрёшь глаза – вот и всё умывание.
У меня вообще иногда было ощущение ирреальности. Август, лето, но не видно и не слышно птиц. Они сгорели в огне. Куры при звуках с воздуха бросаются врассыпную. Дети падают на землю и закрывают голову руками. Однажды я видела плачущую корову в сгоревшем сарае. Она смотрела на нас своими огромными глазами, а из глаз катились крупные слёзы.
– Говорят, война убивает в людях всё человеческое…
– В ком-то убивает. Кто-то идёт на войну уже «убитый». В одном разрушенном селе я видела старинную церковь, сложенную из камня. Так вот в эту церковь палили из всех орудий. От неё остались остов и часть высокой стены. Она мне напоминала распятого Христа.
Возле церкви – такое же старинное кладбище. Всё замусорено остатками еды, упаковками от сухпайков, пластиковыми стаканчиками. Понимаете, они здесь ели и пили! Грузины, украинцы, прибалты, американцы... Одна небольшая надгробная плита (видео, что здесь похоронен ребёнок) отодвинута от могилы и прислонена к дереву. Она использовалась вместо стола. На плите выбита дата: захоронению больше 200 лет.…
Спасибо, Россия
– Южную Осетию спасла Россия?
– Первый удар держали ополченцы и миротворцы. Причём по российскому миротворческому контингенту лупили так, что там, на их территории, живого места не было!
10 августа утром в Южную Осетию вошли российские войска. А 13-го агрессор был полностью отброшен назад, в Грузию. 26 августа Россия признала независимость Республики Южная Осетия. С тех пор там – ограниченный контингент российских военных. И только их присутствие – гарантия мира на этой земле.
В те дни вдоль дорог, ведущих в республику, на камнях часто встречались надписи «Спасибо, Россия!».
Российские военные спасали жителей республики ценой своей жизни. И то, что сегодня на СВО много бойцов из Южной Осетии, никого не удивляет. Для них Россия – это тоже Родина.
Указом президента Республики Южная Осетия Галина Сошкина награждена орденом Дружбы.
– Вы вернулись, как и обещали своему директору? Бываете ли вы сейчас в Южной Осетии?
– Я вернулась в Нижний Новгород через два месяца. По пути домой зашла в парикмахерскую: так много появилось седины. Мне часто задавали вопросы знакомые и журналисты: ну, как там? что это было?
Кто видел войну, тот знает: она всегда в тебе, она – часть тебя. Как рассказать о ней беспристрастно, когда для тебя это – люди, их боль... Когда при воспоминании об этом у тебя – ком в горле. Я сделала документальный фильм (с помощью телеканала «Волга») – «Правда Цхинвала». Кто захочет – тот всё поймёт.
Маме я позже призналась, что была не в Красноярске, а в Южной Осетии. Мама спросила удивлённо: «А почему же ты мне не сказала?». Я улыбнулась: «Ты мне в «Красноярск» почти каждый день звонила и спрашивала: взяла ли я куртку? не холодно ли мне? А если бы я сказала, где я на самом деле?..»
В Южной Осетии я бываю часто. Я приезжаю в августе. Чтобы постоять в ночь с 7 на 8 августа вместе со всеми на площади. Подержать в руке свечу памяти. Помянуть тех, кто стал жертвой войны. Помолиться. Пожелать мира всем людям на Земле.
Мои друзья уже знают эту традицию: мы проезжаем Рокский тоннель, соединяющий Россию с республикой, останавливаемся высоко в горах, я выхожу из транспорта и, раскинув руки, громко кричу:
«Здравствуй, моя любимая Южная Осетия!»
Ранее сайт Pravda-nn.ru сообщал, что военкор Евгений Поддубный получил тяжелое ранение после атаки дрона в Курской области.
Ещё новости по теме
Военный эксперт оценил перспективы у ВСУ в Курской области
«Горжусь своей профессией военного!» — ветеран СВО Иван Разин
Открыт прием заявок на Международную премию для военных журналистов