Дневной экспресс заполнен всего наполовину. Это очень радует. После нескольких непростых сессий хочется немного побыть в тишине. Достаю интересную книгу, но никак не могу погрузиться в чтение.
За моей спиной мужчина очень активно общается с кем-то по телефону. В такие минуты чувствую себя неловко, так как становлюсь невольным свидетелем личного разговора.
Мужчина эмоционально рассказывает кому-то о том, что наконец-то вышел сборник его стихов, как он рад этому, как долго он к этому стремился. И вдруг на самом пике радости его эмоция обрывается и резко пикирует вниз:
- Да, понимаю, что занят. Извини. Просто очень хотелось поделиться своей ра…, - и светлое солнечное слово, не успев сверкнуть, споткнувшись о торопливый тон невидимого собеседника, мгновенно погасло, а в мужском голосе, как будто появилась огромная трещина.
В этот момент мое сердце заплакало. Навзрыд. Очень неожиданно для меня. Так сильно отзывалась в нем эта ситуация.
- Вы знаете, когда-то я тоже хотела поделиться такой же радостью, и получила похожую реакцию. Очень Вас понимаю, - говорила, повернувшись вполоборота, как будто не ему, а проговаривала вслух собственную боль от непонимания и разочарования. - Людям, далеким от творчества, не понять наших эмоций от законченного произведения, от книги, где собраны стихи, мысли, рассказы. А вот нам самим, пишущим и сочиняющим, делиться друг с другом своими достижениями обязательно и необходимо. Только мы сможем понять друг друга так, как никто другой.
Перевожу дыхание и прислушиваюсь. Позади меня абсолютная тишина. Ни одного шороха. И мне кажется, что он ушел, посчитав меня теткой, сметающей личные границы, чтобы, бесцеремонно натоптав в душЕ, навалившись всей своей мощью, причинить добро.
- Вы тоже пишете стихи? - Через несколько минут я услышала над ухом хриплый голос, и мужчина за моей спиной шмыгнул носом.
- Нет! У меня все более прозаично. Таким талантом я не обладаю.
- Правда хотите почитать?
- Очень. Никогда не умела рифмовать слова.
Он встает со своего места и протягивает мне вкусно пахнущую типографией небольшую книгу стихов.
- Присядете рядом? - Главное, не расплакаться, глядя на его ссутулившуюся фигуру. - Стихи должен читать сам автор.
В почти пустом вагоне пожилой мужчина в белой рубашке и синих костюмных брюках, с красиво зачесанными назад седыми волосами красиво, с авторскими акцентами, немного нараспев читал свои стихи, которым не мешали ни стук колес, ни проходящие мимо хохочущие подростки с разноцветными волосами.
- А Вас Муза посещает чаще днем или вечером? - Спрашиваю поэта, наблюдая за тем, как посветлел его взгляд и перестал дрожать подбородок.
Наш разговор складывается, по-творчески, интересно. Оказывается, у него тоже по всей квартире лежат блокноты и ручки, на случай, если придет интересная идея, строка, сюжет, которые необходимо записывать сразу, иначе забудешь.
- О, как мне это знакомо! - Смеется он вместе со мной, слушая, как я могу остановиться даже на улице, чтобы зафиксировать яркую мысль, несколько не вовремя принесенную капризным Озарением.
За разговором не заметили, как подъехали к конечной станции. Поэт выходит первым из вагона и галантно подает мне руку и слегка пожимает ее:
- Спасибо Вам, Ирина, за поддержку. Моя жена умерла год назад. Она была и моим критиком, и моим помощником, и слушателем и главной Музой моей жизни. Хотел поделиться с сыном, а он…
- А сын пока не понимает, какой у него удивительный отец. Закончит свой проект, и Вы поговорите. А стихи продолжайте читать жене, возможно, она Вас все еще слышит. Мы ведь точно не знаем, как взаимодействуют с нами души наших близких и любимых людей, которые ушли в другой мир.
Мы идем к подземному переходу. Здесь наши пути расходятся. Он еще раз благодарит и медленно уходит в свою жизнь. И кстати, его плечи и голова уже не были обреченно опущенными. А это, согласитесь, дорогого стоит.
И глядя вслед удаляющейся мужской фигуре, я вдруг подумала, что парадокс нашего времени — это безразличие людей к себе подобным. Мы можем часами рыдать над душевным кино и страшными кадрами из очень неспокойной новостной ленты;
заливаясь слезами, спасать щенков, голубей, котиков и ящериц;
переживать предынфарктное состояние, если разбился гаджет или поцарапали любимое авто.
А на улице легко пройти мимо живого и реального человека, которому требуется помощь. Или вот так, легко оттолкнув родного человека, как назойливую муху, спокойно заниматься своими делами и важными проектами. А ведь он всего лишь хотел поделиться своей радостью.
Когда же произошла такая чудовищная подмена ценностей, а мы этого даже не заметили?
Ирина Кураж
Фото Насти Барановой
#психологиринакураж
#психологияотношений
#психологияжизни