На эту статью персонально о Максиме нашем, Каммерере сподвиг разговор с Аленой Верден в комментариях к одной из предудыщих статей.
В прошлый раз мы задали вопрос: что же из себя представляет Максим?
При стандартном прочтении – это такой неопределившийся «середнячок-троечник». Серединка по нижней границе, так сказать. Собственно, он сам про это говорит в начале книги. Не Бог весть какой умник, который так пока и не смог понял, чего же он хочет от жизни. Но при этом он…
Прекрасно физически развит. Максим способен долгое время обходиться без внешнего поступления кислорода, Молчанов тихо курит в сторонке, потому что даже с регулярными тренировками, специальной гимнастикой и очень здоровым образом жизни он с Максимом и рядом не стоял. Максим чувствует радиацию, и она ему не вредит, он может употреблять яды, он чудовищно силен и вынослив. Он видит в темноте, обладает острым слухом и обонянием.
Это, так сказать, общефизические характеристики. Идём дальше. Несколько смертельных ранений не причиняют ему особого вреда. Полежал, отрастил нервы, восстановил позвоночник, зарастил печень и сердце – и всё, готов труду и обороне. То есть живучесть и регенерация у него запредельные.
Он эмпат, причём не просто чувствует эмоции других, он может внушать или настраивать оппонента. Придать ему уверенности в себе, приглушить чувство страха, повысить болевой порог. Боль не конфетка, её нельзя просто отобрать, можно либо убрать источник боли, либо поработать с нервными окончаниями, понизив их чувствительность тем или иным образом. И Максим это умеет делать.
А если притормозить с Максимом и посмотреть на его соотечественника, практически ровесника – Антона, который Румата? Разница в событиях лет пять, не более того, но… Румата пьянеет, причём в стельку. То есть алкоголь на него вполне себе действуют, может, не так сильно, как на нас с вами, но всё же. Он вынужден принимать специальные таблетки, чтобы привести себя в порядок, а это тоже яд, с точки зрения организма. Румата не так быстр, как Максим, Максим легко и непринуждённо расшвыривает голыми руками банду Крысолова, а дон наш Румата не может справиться с серыми. То есть он, наверное, справился бы, но удара копья в суперкольчугу хватает, чтобы надёжно вывести его из строя. В отличии от Максима, глаз на затылке у Руматы нет, с выносливостью и живучестью всё достаточно плохо. При этом заметим: Антон – подготовленный боец, Максим – по идее, школота абсолютная, обыкновенная. И самое главное, Румате для того, чтобы начать убивать, пришлось пожить в мрачном средневековье и столкнуться со смертью Уно, а потом и Киры, а вот Максимка походя валит банду Крысолова, даже не сильно горюя. То есть Гай говорит, что он очень переживал, но… но Максим-то об этом даже не думает. В довершение – Антон не эмпат, вообще ни разу.
Но простите, повторим: Антон – специально подготовленный агент. Его целенаправленно готовили для работы в конкретной среде. Да, наверное, военным разведчиком его назвать нельзя, и задачи у него не военные. Но какая разница, собирает агент военные тайны, занимается промышленным шпионажем или осуществляет сбор социальной информации? Он обучен боевым искусствам, он обучен языку, он глубоко легендирован и обеспечен материально-технической базой, и он на нелегальном положении. Но всё равно, по сравнению с Максимом он сущее дитя. Максим-то, похоже, даже эхолакацию имеет – а как иначе он определяет плотность и вязкость существа, не то что не пощупав, да же не видя его?
Возьмём Рудольфа Сикорски. Он тоже не обладает эмпатией, иначе разговора с Абалкиным хватило бы для понимания его невиновности или для открытия официального дела. Ведь эмпат – это ходячий детектор лжи, который не обманешь. И одно дело – смутные подозрения в работе некой «программы Странников», совсем другое – убийство землянина.
Да, кто-то скажет (и говорил уже), что в драке в бандой Крыслова у Максима произошло замещение. Но он не ребёнок, он прекрасно себя контролирует. А значит, он умеет запускать этот процесс, процесс замещения реальной картины образами. Кого он убивал так раньше? Для чего ему это умение?
Идём дальше. Максим прекрасно знает химию и фармацевтику. Ведь как-то он усовершенствовал таблетки для Сопротивления? Он не просто узнал состав таблетки (Кстати, интересно, как? Позитронных имиттеров достать не смог, а спектрограф смог?), он ещё, не зная местной биологии, смог внести соответствующие изменения в формулу. А ведь биология местных отличается, от биологии землян. Они вообще уже мутанты. Интересно, а Максим эксперименты на людях ставил? По идее-то он вообще не знает, что такое головная боль. То есть теоретически знает, но и только.
Кто-нибудь из вас садился в незнакомую машину с ручкой и стёртой схемой передач на ней? Помните эти ощущения, когда не знаешь, ты на первой или задней? А наш Максим запрыгнул в танк на атомном реакторе… пардон, в автоматический танк, и запросто остановил его во мгновения ока. Походя нашёл выключатель света и без проблем определил мощность неизвестного компьютера. Вероятно, и компьютер в танке он определил так же быстро, ведь откуда-то он узнал, что компьютер бункера не может управлять и десятком танков. Схему управления неизвестным компом он так же походя определил, кстати. Химик, физик, электронщик, прекрасный пилот космических кораблей, ещё и доктор по совместительству, вернее хилер. Да ему прямая дорога в Мировой Совет!
Если бы мы не знали, что книгу написали Стругацкие, мастера слова и образов, умеющие (и демонстрирующие это в книге) в паре предложений показать персонажа во всей красе, с историей и личной трагедией, то выкинули бы эту книжку. Просто потому, что на персонажа без зазрения совести можно налепить ярлык: «Марти Сью классический, эталонный». Но это Стругацкие, и потому у нас резонно возникает вопрос: кто вы, товарищ Каммерер?! Если все персонажи книги описаны мастерски, даже ротмистр Чачу и капрал Панди, даже эпизодический Фанк, то почему с Максимом такая фигня? Не могли Стругацкие так вкусно и красиво описать Саракш и его жителей, вывести образ Сикорски – и так вляпаться с Максимом. Вывод: это «ж-ж-ж» не спроста.
Увы, об этом не спросить у Аркадия Натановича, а мнение Бориса Натановича… Как говорят – хочешь разлюбить Стругацких, почитай его интервью.
Так, может, авторы так и задумывали? Чтобы мы сами искали ответ на вопрос – кто такой Максим Каммерер и что он делал на Саракше. Тем и хороши книги братьев Стругацких. Их интересно читать, но ещё интереснее в них копаться, находить детали, мелочи, намёки и полунамёки. И тогда книга играет совершенно иными красками. Пару таких незаметных деталей мы нашли в повести «Жук в муравейнике», причём они ускользнули от нас, даже когда мы скрупулёзно разбирали текст, буквально построчно. Но стоило изменить подход, и картина стала иной. Но это уже совсем другая история, и мы её расскажем чуть позже, даже в более-менее художественной форме.
А пока Мир Зари уезжает в отпуск, но мы постараемся на комментарии отвечать, и возможно, порадуем вас не только историей, о которой только что сказали, но и выходом «Большой игры». До свидания, прекрасный Питер, и привет, красавец Эльбрус!
