После визита в Тегеран секретарь Совбеза России Сергей Шойгу посетил Баку, где встретился и провел переговоры с президентом страны Ильхамом Алиевым, а также секретарем Совета безопасности при президенте Азербайджана Рамилем Усубовым. В составе делегации Шойгу в Баку также прибыли заместитель министра иностранных дел Михаил Галузин и советник президента России Игорь Левитин. Ранее в Иране российская делегация в том же составе провела переговоры с президентом Ирана Масудом Пезешкианом и с начальником Генштаба ВС Ирана Мохаммадом Багери. О деталях тегеранских и бакинских переговоров стороны почти ничего не сообщали, хотя очевидно, что между этими двумя событиями существует связь.
В то же время информационное поле на этом направлении заполнятся рассуждениями общего типа экспертов о развитии двухсторонних многопрофильных отношений, которые имеют важное значение, но далеко не все являются для секретаря Совбеза России профильными. Отсюда разнобой в понятийном аппарате. Одни считают визиты Шойгу в Тегеран и в Баку рабочими, другие его визит в Баку квалифицируют как «неожиданный». В чём же дело? Об этом рассуждает обозреватель REX Станислав Тарасов.
«Давайте попытаемся создать из существующих событий мозаичную конструкцию и получить представление о большой картине. Это поможет избежать домыслов. Визит Шойгу в Тегеран не был случайным и пришёлся на момент резкого обострения отношений между Ираном и Израилем из-за убийства союзников Ирана: в Тегеране главы политбюро ХАМАС Исмаила Хании и в Бейруте высокопоставленного командира «Хезболлы» Фуада Шукра.
Ещё по теме
Готовящаяся ответная акция возмездия со стороны Ирана в адрес Израиля может привести к масштабированию во всем регионе вооруженного конфликта в Газе. В этой связи России необходимо «держать руку на пульсе», так как потенциально в зону эскалации втягивается страна, являющаяся важнейшим транзитным коридором проекта» Север-Юг».
Перед Москвой стоит задача либо остановить потенциальную эскалацию, либо максимально нейтрализовать её последствия для Ирана. О её решении на данном этапе говорить сложно, но сам факт, что Иран пока воздерживается от ответного удара по Израилю, является пока позитивным признаком. Остается подождать, чтобы узнать, насколько большую паузу взял Тегеран», — отметил Тарасов.
По его словам, Шойгу важно было услышать из первых уст мнение иранского руководства по дальнейшему развитию конфликта с Тель-Авивом и прощупать возможности для своего медиаторства. От этого, уверен политолог, зависела и переговорная повестка Шойгу в Баку, которая стала продолжением тегеранского диалога.
«Судя по тому, что после переговоров с Шойгу появилось сообщение Корпуса стражей исламской революции (КСИР), что «секретарь Совета безопасности России Сергей Шойгу покинул Тегеран и направился в Баку, столицу Азербайджана, с целью предостеречь их от вмешательства», можно говорить, что диалог в Тегеране был непростым и наверняка Шойгу довел до сведения Алиева озабоченности Тегерана. И не случайно то, что Алиев на встрече заявил, что «считает необходимыми регулярные контакты между Баку и Москвой по вопросам региональной безопасности», — пояснил Тарасов.
Он добавил, что в данном случае речь идёт не столько о проблемах в азербайджано-иранских отношениях, сколько о тупиковой ситуации в подготовке к подписанию мирного договора между Азербайджаном и Арменией и потенциальной опасности скатывания ситуации вновь к силовым решениям и переброске ближневосточного кризиса в Закавказье. По мнению политолога, тут вариантов в отношениях между Азербайджаном и Арменией не так много, а Москва лишена возможностей выступить в прежней роли некоего миротворца-посредника из-за политики Армении.
«Исходя из этого, можно сделать вывод, что важно снять даже на теоретическом уровне угрозу того, что Азербайджан будет пытаться воспользоваться ситуацией и вступить в силовой конфликт с Арменией. Но как дальше могут развиваться события, и не станет ли миссия Шойгу Тегеран-Баку «дипломатией последнего момента», судить пока сложно. О том, что Ближний Восток мир стоит на пороге большой войны и что она может быть перекинута в Закавказье стали говорить только в последнее время, да и то в ситуации проявления со стороны только отдельных стран партнерских, союзнических чувств по отношению к России. В результате Москва включает все рычаги, от дипломатии до военной поддержки. В этой ситуации Азербайджан и потенциально Иран можно записать в российский актив важного геополитического сотрудничества», — резюмировал Тарасов.
Автор: Тарасов Станислав