Третий по рейтингу художник на сайте «Топ-50 самых» – Гайсумов. Начинаю писать до смотрения его работ, потому что боюсь, что распорядитель этого сайта «Топ самых» имеет ненадёжный художественный вкус: из двух разобранных позиций одна оказалась полной швалью. (Ну, естественно, свой вкус я считаю лучше, раз так определённо выражаюсь. Да и вы можете со мной согласиться, если прочтёте про ЗИП, делящий первое и второе место – это фантастически плохо.)
Итак.
Я опешил. От неожиданности и силы выразительности.
Художник с трёхлетнего возраста знает, что такое война (в Чечне)…
Соответственно, у меня возникли вопросы не эстетического свойства. – Во-первых, на каком языке была книга?
Так. Эта книга – русская. То есть это начальный этап войны, с исходом русского населения из Чечни. То есть выражена горечь: Аллах! Какие же мы гады по отношению к русским!
Но вопрос неэстетического свойства опять возникает: как же это могло стать, чтоб книга была ТАК уничтожена, что склеились листы оставшегося от неё уголка? И как образовался такой ровный обрез этих оставшихся листов?
А всё просто: это устроено в ходе исполнения замысла сознания. Склеено, обрезано. Случайна только человекообразная разорванность форзаца. Она и подала идею произведения.
То есть это очень сильное произведение прикладного искусства.
Подтверждение – смешное. – Оказалось, это не первое моё обращение к Гайсумову (см. тут). Оказалось, я и там пришёл к такому же выводу.
Но теперь до меня вдруг дошло, что одна из функций прикладного искусства очень почётна: только в процессе выражения смутно знаемого сознанием возможно прояснение смутности. Здесь она – в сложности переживаний чеченцев по отношению к русским: это любовь, не исключающая ненависти.
И как-то понятнее украинский национализм. Влияет многочисленность народа. Чеченцев всё же мало. Им, умным, как дважды два – четыре, ясно, что их одних в покое и пустоте не оставят всё равно. Так лучше быть с широкой души Россией, чем с жестокими арабскими фанатиками. И даже быть искренне, потому что Россия как-то умеет в себя влюблять. – А украинцев очень много. Им как-то обидно, что, стартовав тысячу лет назад одинаковыми, судьба распорядилась так, что они рядом с русскими вот уж сколько веков подряд выглядят какими-то неумёхами. Что и по сравнению с другими соседями то же – не важно, важно, что по сравнению с русскими. Иррационально обидно. И ничего нельзя с собой поделать.
7 августа 2024 г.