Был солнечный сентябрьский вторник, И красотою дерзновен, Иван Петров, по званью - дворник, В душЕ - да Винчи и Роден. Он в массы привносил культуру, И взмахом старенькой метлы, С экспрессией ваял скульптуру Из голых веток и листвы. И над обыденностью взмоя, Иван устроил вернисаж. И аплодировали стоя Ему дружбан и бомж-алкаш... И каждый узнавал родное И видел милые черты. И вспоминал уже былое, И грёзы давешней мечты... Но тут, бабуля - их соседка, Отняв метлу из вялых рук, Огрела Ваню очень метко, Бранясь, включила ультразвук. Вот так и канул в неизвестность Тот поразительный статУй. Осталась лишь рутины пресность, И парк осенний по фен-шуй...
Был солнечный сентябрьский вторник,
И красотою дерзновен,
Иван Петров, по званью - дворник,
В душЕ - да Винчи и Роден.
Он в массы привносил культуру,
И взмахом старенькой метлы,
С экспрессией ваял скульптуру
Из голых веток и листвы.
И над обыденностью взмоя,
Иван устроил вернисаж.
И аплодировали стоя
Ему дружбан и бомж-алкаш...
И каждый узнавал родное
И видел милые черты.
И вспоминал уже былое,
И грёзы давешней мечты...
Но тут, бабуля - их соседка,
Отняв метлу из вялых рук,
Огрела Ваню очень метко,
Бранясь, включила ультразвук.
Вот так и канул в неизвестность
Тот поразительный статУй.
Осталась лишь рутины пресность,
И парк осенний по фен-шуй...