Мрачные леса тихоокеанского северо-запада, хижина в их глубине, паранормальная чертовщина, красно-черный визуальный стиль, «рокенрольный» эпиграф, дро6ление хронометража на главы и спущенный режиссером с цепи Николас Кейдж — то, чем запомнился прекрасный фильм «Мэнди» .
Режиссер «Собирателя душ» взял все это, добавил «Молчание ягнят», «Настоящий детектив», «Семь», а также (по его собственным словам) «Мой личный штат Айдахо» и получил, кажется, лучший фильм ужасов за последние лет десять.
При всех достоинствах, главный аттракцион «Собирателя» — выразительный, предельно кинематографичный визуальный стиль. Как говорится, каждый кадр — картина (то ли Гранта Вуда, то ли Фрэнсиса Бэкона). Вот это подзабытое чувство, что ты в кино. Внешний вид злодея (в оригинале его зовут Длинные ноги) это неописуемая смесь изуродованного пластической хирургией отлетевшего фронтмэна глэмрок группы и матери Николаса Кейджа. Актер многократно объяснял что основывал образ именно на ней. Если вдуматься, душевная болезнь этой женщины подарила нам не только этот образ, но и, в каком-то смысле, все остальные гениальные перформансы Кейджа.
Тема родителей и их разрушающего влияния на детей в «Собирателе» вообще центральная. Да и могло ли 6ыть иначе, когда и отец, и мать человека, который написал сценарий и поставил фильм, были актерами. Первый играл в золотой голливудской классике, был скрытым геем и умер от СПИДа. А вторая погибла в теракте 11 сентября. Она была пассажиром одного из самолетов.
Словом, можно понять, откуда Оз Перкинс черпает желание показать, что «внутри каждой семьи есть какая-то темнота». Ну то есть, фильм страшный даже и без учета жанровых приемов. И при этом имеет свой уникальный тон, иногда чудом не скатываясь в кринжовую комедию.
Многие выходя с сеанса пишут, что фильм оказался серьезным испытанием для психики. Ужас в нем точно присутствует. Только не всегда понятно: ужас, о котором говорил персонаж Марлона Брандо в «Апокалипсисе сегодня» или ужас, который он своим поведением устраивал на съемочной площадке этого фильма.
В одном можно 6ыть уверенным — фильм производит впечатление. Дарит уникальный опыт. Оставляет ни на что не похожее послевкусие. То есть делает то, чего не делали фильмы ужасов последние лет десять.
Слава сатане!