Терри Крисп — странноватый персонаж.
На протяжении нескольких последних лет «Тампа-Бэй» являлась одним из самых русских клубов НХЛ. Именно россияне в лице Никиты Кучерова, Андрея Василевского и Михаила Сергачева привели команду к двум Кубкам Стэнли, а фанаты клуба из штата Флорида до сих пор готовы носить их на руках, хотя Сергачев уже и сменил прописку. Но были времена, когда отношение к нашим соотечественникам в «Лайтнинг» было не таким дружелюбным.
«Тампа» была образована в 1992 году, и первым главным тренером в истории клуба стал Терри Крисп, выигрывавший Кубок Стэнли с «Калгари». Российским болельщикам он мог запомниться непростыми отношениями с бывшим форвардом ЦСКА и сборной СССР Сергеем Макаровым во времена работы в «Флэймз»: тренер и игрок видели хоккей по-разному и частенько конфликтовали на почве этих разногласий. Канадский коуч был поклонником простого и незамысловатого хоккея, в основе которого лежали бесконечные забросы в зону и навязывание там силовой борьбы. А Макаров, взращенный советской системой, в которой преобладала комбинационная и красивая игра, не мог принять точку зрения тренера. Однажды Крисп рисовал Макарову на планшетке то, как он должен действовать на льду, но форвард не выдержал и отнял доску у коуча.
«Тихонов — плохой человек, хороший тренер. Ты — хороший человек, плохой тренер», — сказал один из величайших нападающих в истории советского хоккея.
Проблемы с российскими игроками у Терри Криспа возникли и в «Тампе». В то время в «Лайтнинг» уже играли два наших соотечественника — форварды Александр Селиванов и Анатолий Семенов. Но последний не продержался в команде и сезона — 3 ноября 1992 года Семенова обменяли в «Ванкувер» на Дэйва Капуано и право выбора в четвертом раунде драфта 1994 года. Как объяснял этот трейд один из основателей «Тампы» Фил Эспозито, Анатолий был слишком хорош для той команды. Русский форвард блистал мастерством как никто другой, и его чересчур тонкие пасы не могли понять менее изысканные партнеры. Но сам Семенов иначе объяснял причины своего ухода из «Лайтнинг»:
«Может, в «Тампе» тренер не любил русских? В «молниях» у меня партнеры менялись каждый вечер. А в «Ванкувере» рядом со мной Павел Буре. Он понимает меня без слов».
У другого нашего соотечественника — Александра Селиванова — карьера в «Тампе» сложилась куда более удачно. В «Лайтнинг» он провел 5 сезонов и вошел в клубную историю: в плей-офф-1995/96 воспитанник московского «Спартака» забил в овертайме в ворота «Филадельфии» и принес клубу первую домашнюю победу в розыгрыше Кубка Стэнли. Что интересно, этот матч проходил на бейсбольном стадионе в присутствии почти 30 тысяч зрителей. Сам Селиванов считает этот момент лучшим в карьере. Но даже у него было не все гладко с главным тренером.
«Терри Крисп европейцев не жаловал. В «Тампе» вечно срывался то на меня, то на Хамрлика. Кричал всякие слова, коммунистами обзывал. Сам-то Крисп был игроком прямолинейным. И хоккеистов предпочитал не техничных, а таких же дубовых. Кинул шайбу, пробежал пять метров, впечатал кого-то в борт — вот это его хоккей», — рассказывал Александр.
Но Крисп был предвзят не только по отношению к нашим соотечественникам. Он не мог найти общий язык со многими хоккеистами, в частности с самым великим американцем в истории НХЛ — Бреттом Халлом. Перед тем как стать легендой «Сент-Луиса» и одним из величайших снайперов в истории лучшей лиги мира, Халл играл в «Калгари», где его периодически отправляли в фарм-клуб. Там-то он и повстречал Терри Криспа, возглавлявшего «Монктон Голден Флэймс». У коуча были очень жесткие схемы — даже выходы «2 в 1» у него разыгрывались по определенному плану.
В следующем сезоне Халл закрепился в основной команде, которую как раз возглавил Крисп, получивший повышение. Но отношения между игроком и тренером ничуть не изменились: Бретт продолжал забивать и обеспечивать результат команды, а коуч по-прежнему был недоволен. Например, в ноябре 1987 года Халл забросил 3 шайбы в ворота «Ванкувера», но Крисп на послематчевой пресс-конференции заявил, что недоволен своим подопечным из-за его ужасной игры в обороне. Долго так продолжаться не могло, поэтому через 4 месяца Халла обменяли в «Сент-Луис», где он провел 11 сезонов и стал одним из величайших игроков НХЛ.