Ее самая любимая игра – это игра «дочки-матери».
Но в эту игру она может играть только раз в неделю. И это даже для нее не игра, а то, что помогает ей сохранить свою детскую непосредственность.
У Леи эта возможность появляется всего раз в неделю, когда к ней приезжает ее куратор. Всю остальную неделю Лея живет не по годам взрослой жизнью в вольере. Где она получает уход, но не мамину любовь. Где она получает корм, но не мамину заботу. Где у нее есть прогулки, но не персональные, а четко по расписанию частного собачьего интерната.
Уже с утра, зная, что наступил тот самый долгожданный день и к ней приедет волонтер, она уже стоит в своем вольере и смотрит на ворота. Вот-вот, еще чуть-чуть. Ворота открываются, и Лея видит лицо своей приемной «мамы», у которой есть возможность приехать только раз в неделю.
Она скачет, она скулит своим тоненьким голоском и дрожит от волнения, что вот сейчас, еще пару шагов «мамы», и она снова ощутит теплые руки на своем маленьком тельце.
- Мама, мамочка, – продолжает поскуливать Лея в наших объятиях.
А мы, прежде чем надеть поводок и выйти с ней на прогулку, еще долго ее обнимаем, чтобы успокоить ее дрожь. Ведь она – одинокий ребенок, у которой нет мамы.
Лея – очень нежная и трепетная.
Она словно мелодия. Мелодия детской чунга-чанги, когда она бегает по выгульной площадке, мелодия фокстрота, когда она старается выучить что-то новенькое, а потом, конечно же, получит вкусняшку. Но это только раз в неделю, всю остальную неделю мелодия Леи грустная. Та самая мелодия, которая заставляет плакать в такт ее поскуливаниям.
Лея настолько нежна с человеком, что будто одарена удивительной способностью врачевать и мягко успокаивать других звучанием своих объятий и поцелуев в нос.
Она каждый раз проживает с нами этот короткий, но такой драгоценный для нее день рядом с нами, как будто это последний день в ее жизни.
Она старается за этот день всё успеть, прожить несколько ролей, сценариев и жизней. Она, играя и не играя одновременно в свою любимую игру «дочки-матери», становится и дочкой, постоянно прося ласки и внимания, и мамой – даря нам ту самую заботу и любовь, которую может дарить только самая любящая мама.
И с каждым нашим приходом, с каждой неделей, пока Лея все еще остается в собачьем интернате, у Леи вот так и проходит детство, которое ей бы потратить не на бесконечный гипноз ворот с вопросом «А может? А может, сегодня ОНИ придут?», а на то, чтобы наконец начать жить жизнью ребенка.
Ведь в Лее столько нерастраченной любви и нежности к человеку, что, беря ее в семью, у вас появляется щенок, но с таким кладезем нерастраченных чувств, что некоторым и всей жизни не хватит этому научиться. И Лея все еще надеется, что очень скоро у нее появится наконец этот шанс исполнить свои мечты. Ведь время летит незаметно.
Мы думаем, что всё будет. Но всё заканчивается. Заканчивается детство Леи, как и заканчивается наш день, который мы уделяем, чтобы навестить ее.
Лее 4,5 года, ниже колена, привита и стерилизована, приучена к прогулкам на поводке. По характеру очень любвеобильная, обожает сидеть на ручках, как кошка. Но чтобы обнять чужого человека, у неё недоверие. Не страх, именно недоверие. Поэтому многие, не чувствуя эмпатии к себе, разочаровываются.
8 926 330 35 51 Наталья.
Москва, м. «Саларьево».
Дорогие друзья! Если вы хотите поддержать Лею или других наших подопечных, то у нас есть Добрая Копилочка для добрых дел. Она очень выручает нас с нашими подопечными.
Карта СберБанка 4276 3802 5371 7495
Карта Тинкофф 4377 7237 6289 2762
Карта ВТБ 2200 2402 5065 2027
ЮМани - 4100 1837 4156 28
Пожалуйста, подписывайте переводы "Добровольное пожертвование" или "Благотворительно для животных" Это очень важно! Большое спасибо всем, кто нас поддерживает!