Журналистам из России запретили фотографировать своих соотечественниц – "нейтральных" теннисисток, завоевавших серебро на Олимпиаде. Вроде как и "наши", но уже ненаши. Стоило ли унижаться себя и свою страну ради медальки, вся польза которой – висеть на стене и напоминать о пережитом позоре?
Аккредитованным на Олимпиаде в Париже журналистам из России запретили делать фото теннисисток Мирры Андреевой и Дианы Шнайдер с серебряными медалями, которые они взяли после парного финала, пишет Sport24. Представители оргкомитета Олимпиады ультимативно приказали им убрать свои камеры. Ранее до этого журналисты из Сербии делали фото с Новаком Джоковичем после победы в одиночном финале.
Несмотря на то, что ради выступления в Париже российские спортсмены сознательно пошли на унижения, это не сделало их более привлекательными для западной публики – они все равно столкнулись с новой порцией русофобии.
Глава МВД Франции Дарманен заявил, что большинству работников СМИ из России отказали в возможности освещать летние Игры в Париже, якобы для того, чтобы избежать угрозы "шпионажа и кибератак" с их стороны.
Всего к играм были допущены 15 российских спортсменов: три гребца на байдарках и каноэ, семь теннисистов, три велосипедиста, одна прыгунья на батуте и пловец.
Честь в обмен на совесть
Что в итоге – наши спортсмены буквально вывалялись в грязи, если не сказать покрепче, помня чем заполнены воды Сены, лишь для того, чтобы поучаствовать в этом?
Возникает вопрос, а стоило ли унижаться, чтобы попасть на это международное позорище? Ведь вместе со спортсменами унижение получила и Родина.
Можно сколько угодно объяснять это попытками спасти карьеру, спортивную форму, и твердить "ну и что, что нейтралы или под чужим флагом, ведь они же всё равно наши люди". Но cам факт, что на такие унизительные условия согласились именно русские спортсмены, влечет ущерб авторитету нашей страны, выходя далеко за рамки самого понятия "спорт". Это уже не спорт, это история.
Когда Россия борется за жизнь и место на планете, кидаться целовать радужный сапог ради возможности повесить медаль на стену — не просто предательство, а какая-то банальная глупость. Первородство в обмен на чечевичную похлебку.
И тут как нельзя кстати бы вспомнить слова Владимира Высоцкого, за долгие десятилетия до всех этих событий певшего
Про то, что, Ваня, Ваня, Ваня, Ваня, мы с тобой в ПарижеНужны — как в бане пассатижи.