Оказалось уже год, как Виктор и Лиза разошлись. Живут раздельно.
-У папы другая женщина, сказала Мила упавшим голосом.
-Мама не простила его, не приняла обратно.
Он оказывается приходил, просил прощения у Лизы, у девочек. Но нет. Ничего не вернешь.
-А как же ты с сестрой?, спросил я.
-Мы с мамой конечно. А папа приезжает часто. Нас к себе берет, но мы пока не любим к нему ездить. Как же ты не знал? Папа не сказал?
Не сказал. Вообще никто ничего не сказал. Я был в шоке от этой новости. Видимо это отразилось на моем лице, отчего Милка взгрустнула еще больше. Сказала, что мама (Лиза ) грустила, плакала много, и что сейчас уже лучше. Уже даже смеется, как раньше.
Грустила... А я не знал. Меня не было рядом. Не помог, не поддержал. Я-идиот. Уехал, сбежал, струсил. И Лена. Ребенок. Ну, почему все так? Почему?!!!
Милу отвез в лагерь, предварительно накупив ей подарков. А сам уехал к ней. К Лизе. Полетел к ней, к моей девочке. Весь полет не мог выбросить ее образ из головы. А вдруг она уже с кем то встречается? С чего я подорвался, уехал, Лене что-то наплел про дела родственников, что нужна моя помощь. Она спокойно отпустила, не подозревала ничего. Хотя знала, что я на родине оставил большую любовь. Только к кому была любовь-не знала.
Наконец, вот ее дом. Позвонил. Как у меня замирало сердце! Как у школьника. Ожидание казалось вечным, ладони вспотели.
И вот он, моя девочка. Упала в мои объятия. Наконец-то в мои! Моя. Ей уже тридцать девять, но она для меня -девочка, любимая девочка. Как она потянулась ко мне! Как котенок свернулась в объятиях. Жадно обнимались, целовались, не могли оторваться друг от друга.
Наша первая ночь. Говорил, как люблю ее. Знаю, знаю-говорила она. Радость обладания любимым человеком. Я трогал и ласкал свое счастье, вдыхал ее запах, голова кружилась. Ноги ватные. Это было волшебно. Ее смуглая кожа, стройные ноги, нежные руки-вся моя. Ее стеснение, и в то же время желание. Ее дрожащие руки.