Аврал на работе, ага. Скорее, бардак, конечно, это называется... На мой взгляд. Ну, это мелочи.
Стихи тебе не нравятся, я знаю. Поэтому на перекурах буду использовать прозу. Главное, успеть дописать. А то будет досадно, если на велике, например, впилюсь куда-нибудь, не завершив письма своего. Ты тогда и не прочитаешь всего этого. Зря старался, получится.
Восемь лет... Восемь лет одиночки. Да нет, я не пытаюсь разжалобить. Я вообще не имею цели уговорить, поплакаться, посочувствовать. Я ж эгоист. О себе любимом пишу, выходит. Но зато честно. Взвешенно. Интенсивно, можно сказать, и глубоко.
С этой откровенностью вообще нелады. Ныне сиськи и жопы принято на показ. Это норм. А душа, мысли - интимно слишком. Пошло. Неправильно..
Вот и у меня что-то пошло неправильно. Это когда я в небо смотрел уставший. На кой мне все эти люди, думал я. Как они задолбали. А тут хорошо, в лесу. Хоть немного выдохну. Один. Чтоб этих всех лиц не видеть, не слышать чуждых мне речей и заявлений, не быть рядом с ними. С людьми этими.
И он услышал меня.
По швам с треском разошлась, развалилась семья, ставшая так незаметно обычной, даденной задаром, как у всех. Неожиданно заболел и умер Отец. Следом и твоя ячейка общества ушла под лёд. Я остался один. Нет, я пытался, я старался сохранить. Ещё не осознавая, как страшно и долго всё будет. У тебя работа, у Мамы - Болгария. Как ценно сейчас, как важно то, что вы сделали для меня в тот момент. Это я сейчас только понимаю. Но уже не так важно, что было вчера. Втянувшись в трудоголизм, заменив алкоголь этой новой болячкой, я забыл, что значит жизнь. Через несколько лет мне стало уже всё равно. Мне не хотелось завтра, мне не нужно было сегодня, я не понимал, на кой хер мне вчера. Я не делал ничего для возможной встречи мечты. Потому что и мечты мне тоже не хотелось. Как и умирать. Вакуум. Небытие. Я застрял во времени. Без веры. Без желаний. Пустым и никчемным коконом, мёртвым осиным гнездом. Один...
Я всегда был впечатлён твоим трудолюбием, удивлялся твоей настойчивости, твоему хладнокровию, твоей хладности. У тебя ничего не могло пойти не так. Ты рациональна. Своенравна. Своё не упустишь. Ты была окружена людьми разными, интересными. Неукротима.
Мы в ответе за тех, кого приручили.
Видишь ли, в чём дело... Я уже когда-то считал, что все девочки - Принцессы априори. Не какают, не обманывают, скромные, выпившие себя ведут достойно, по кустам не писают и за деньги не сношаются...
А они взяли и доказали мне, что прям не все... И теперь на одну линию с ними ставить тех очень достойных женщин, которые есть, которых я знаю, или маму мою, (ну, или твою), или очень многих других. Ну уж нет. Нужно написать о достойных. Это да. Видимо, достойная женщина - всё ещё норма для меня, а не нонсенс. Поэтому и не написал ещё. Упущение лишь в этом. Согласен. И потом...
Я уверен, что мужик несёт ту самую настоящую ответственность в отношениях, а не только матчасть. Это мы их развратили, покупая. Это нам так удобно. Заметь, я не отделяю себя от остальных однополых со мной представителей заявлениями, что я не такой. Не прикрываюсь тем, что "королевы" с радостью и сами продаются. Сколько судеб поломано, сколько детей с дырами в сердце и в душе живут теперь, сколько семей и жизней самих, в прямом смысле этого слова, потеряно из-за гусарства одних и распущенности других... "Чужую женщину украсть - смелость нужно иметь". По Семёнову. Крайне примитивно. Идиоты. Смелость нужно иметь. Но только, чтоб потом нести ответственность за то, что ты башкой не думал, что, куда и кому суëшь. Чтоб не в кусты потом. Чтобы быть рядом. Чтобы быть сильным, мочь, уметь.
Ах, как легко, когда объекту сатисfuckции твоей и самой ничего от тебя не нужно, кроме этого дела. Но ведь ты же мужик, не она. Не так ли? Поэтому ответственность. И любовь. А уж кому и что нужно, и в какой форме, это пусть каждый сам решает.
А мне нужна была Королева. Чтобы на руках на край света. Мне безразличны азартные игры, выигрывать я ничего не собирался. Просто Королева и всё. Но случилось то, что случилось.
Темнота наступила.
Точно помню тот день.
Мне улыбку разбило
о железный плетень.
Я цеплялся за ветки,
каждый метр перил.
Я пытался грызть клетку.
Я метался и выл.
И на брюхе я ползал,
и опасно рычал...
Только всё понапрасну.
Он не отвечал.
Я не знал, сколько сроку.
Я не знал, где искать.
Я готов был за око
сердце разом отдать.
Мне казалось, я громко
и так мало просил...
В клетке ночь - это долго.
Так, что не было сил.
В клетке ночь -
очень долго.
Клоунадил когда,
точно знал - на закате
возвращаться туда.
Как в больничной палате,
где на стенке - тик-так,
я - патрон в автомате
в Ваших нежных руках.
Я почти что отрëкся
поначалу. Грешно.
На полшутке осëкся.
И уже не смешно.
В час, когда я не верил
в силу нового дня,
вдруг вошла Королева.
Он услышал меня...
Счёт оплачен годами.
Смех оплачен людьми.
Я теперь уже с Вами.
Даже если на миг.
Что такое потери,
как хранить и ценить,
как любить,
ждать и верить..
Я о том говорить
Вам бы мог
бесконечно.
Но излишни слова.
Пусть плечо
будет крепче,
и ясней голова.
Воля Ваша поэта
и казнить, и спасти...
(Мне ж ещё
на край света
на руках Вас нести!!!)
Такие дела. Эти восемь лет не прошли даром. В USMC при обучении используется приём "переворота шахматной доски". И пусть Он делает, как считает нужным, а я теперь точно знаю и себя, и то, что главное в жизни. Что бы ни случилось.
А Королева..
Она оказалась самой настоящей, самой моей. С ней и на великах можно, и в бой тяжёлый, и в Лувр, или в Букингемский дворец на бал. Ну и на край света уж точно).
Так что вперёд!