Вадим Павчинский (1912–1971). Планы продолжения войны. 1945
Стихи Анатолия Гая (1907–1975):
Чтоб мир вздохнул без войн кровавых,
Союзниками поднят меч –
Фашистской гадине двуглавой
Вторую голову отсечь!
14 августа 1945 года император Японии Хирохито (1901—1989), нарушив многие традиции, впервые напрямую обратился к народу своей страны. В своей речи он объявил о принятии Японией условий безоговорочной капитуляции перед союзниками. Обращение было записано на виниловую пластинку, которую вынесли из императорского дворца тайно, в корзине с бельём. Многие в высших военных кругах Японии были противниками капитуляции, и даже совершили неудачную попытку переворота, чтобы ей воспрепятствовать. Поэтому приближённые императора не без оснований опасались, что воспроизведению обращения могут помешать. 15 августа обращение было зачитано по радио. Японский народ впервые в истории услышал голос своего монарха...
Хирохито, в частности, заявил: «Ситуация в войне сложилась не в пользу Японии, тем временем как основные события в мире целиком сложились против её интересов. Более того, противник применил новую бомбу невиданной разрушительной силы, которая погубила множество ни в чём не повинных людей. Если мы будем вести войну и дальше, это будет означать не только ужасную гибель и уничтожение японского народа, но также приведёт к гибели всей человеческой цивилизации».
Император предупредил своих подданных: «Жизнь нашего государства будет полна тягот и лишений. Мы чётко осознаём сокровенные чувства всех вас, наши подданные. Однако в сложившихся условиях нам выпала судьба пройти по тернистому пути к достижению всеобщего мира для всех грядущих поколений, стерпя нестерпимое и вынеся невыносимое».
Некоторое время после капитуляции судьба самого императора висела на волоске, обсуждался вопрос о том, не следует ли предать его суду, как подсудимых в Нюрнберге, а затем и казни. Его министров, включая двух премьеров, судили и семерых из них казнили на процессе в Токио, аналогичном Нюрнбергу. Но в итоге сам император сохранил не только голову, но и трон и процарствовал вплоть до своей кончины в 1989-м.
Вадим Павчинский. Хирохито. 1952
Другой вариант того же рисунка:
Вадим Павчинский. Хирохито. 1951
Вадим Павчинский. Чумные крысы Уолл-Стрита. (Крысы Хирохито на службе Уолл-Стрита). Конец 1940-х
Рисунок Сергея Костина (1896—1968). Сентябрь 1945. «...И на Тихом океане свой закончили поход. — Из Порт-Артура турнули мы их, с Курильских — выкурили. Теперь и покурить можно».
Рисунок Константина Елисеева (1890—1968). «Что осталось от мечтаний о «Великой Восточной империи»? (Надписи на веере: Маньчжоу-Го, Сибирь-Го, Урал-Го, Китай-Го, Индия-Го, Монгол-Го, Аляска-Го). Ниче-го». Сентябрь 1945
Рисунок Генриха Валька (1918—1998). «Снова на одной оси». Сентябрь 1945
Рисунок Ивана Семёнова (1906—1982). Стихи И. Волгина. Сентябрь 1945 года
К чему скрывать! За шесть военных лет
(Не до красот мне было в эти годы)
Я запустил свой штатский туалет
И вообще — отстал от мирной моды.
Я возмужал. Лицо моё — в пыли,
В дыму боёв. Шесть лет — сплошные битвы!
Я тороплюсь стереть с лица земли
Агрессоров — и действую в три бритвы.
Сталь не дрожит в уверенной руке.
Ещё момент! Намылить Франко шею,
Японский прыщ (висит на волоске)
Убрать с лица — и я похорошею.
Рисунок Льва Бродаты (1889—1954). «Последний рейс. — Слезай, приехали!». Сентябрь 1945
Красноармейцы с трофейными японскими знамёнами
1945 год, август. Морская пехота Красного Флота в Порт-Артуре. Фото Евгения Халдея
Части Красной Армии в Харбине. 1945 год
Павел Судаков (1914—2010). «Капитуляция Квантунской армии». 1945