— Что верно, то верно, — согласилась Валентина. — Характер у Тамары своеобразный.
"Только меня почему-то забыли об этом предупредить", — подумала Марьяна, тут же устыдившись своих мыслей.
Как выяснилось, Тамара и Валентина были родственниками, что называется, седьмая вода на киселе. Виталик, то есть, Виктор был тете Вале не то троюродным, не то еще более дальним племянником. Женщины практически не общались, но Виктор дружил с сыновьями тети Вали.
— Ну, ничего, в конце концов, жить-то тебе не с Тамарой, а с ее сыном, — заметила Валентина.
Марьяна согласно кивнула, однако, ею овладело предчувствие, что все будет не так-то просто, чем виделось раньше. И оно ее нисколько не обманывало.
На свадьбе Тамара Тимофеевна была в ударе. Она нарядилась в облегающее платье цвета морской волны, которое, надо признать, очень ей шло. Фигура у Тамары Тимофеевны была, что надо, а ведь ей было уже за семьдесят. Видимо, и вправду старалась правильно питаться.
Впрочем, на свадьбе новоиспеченная свекровь, забыв об ограничениях, уплетала мясо по-французски, довольно жирные мясные нарезки и с удовольствием отведала хороший кусок свадебного торта. Похоже, свадьбу она сочла более достойным поводом для того, чтобы устроить себе праздник живота.
После медового месяца на Мальдивах молодые одарили всех родных, не забыв, разумеется, и дражайшую Тамару Тимофеевну. Получив в подарок элегантную белую шляпу, женщина обрадовалась, но тут же заметила:
— Могли бы и прислать мне фото этого аксессуара.
— Тебе не нравится? — обеспокоенно спросил Виктор.
— Ну, отчего же? Миленько. Но я приобретаю аксессуары к определенной вещи.
— Тамара Тимофеевна, но ведь белый цвет подходит ко всему, — робко заметила Марьяна.
— Вот что значит, дурной вкус! — всплеснула руками свекровь. — По цвету, возможно, но ведь есть еще и такое понятие, как стиль. Хотя, откуда тебе это знать?
Невестка нахмурилась, но промолчала.
— Я смотрю, ты обиделась, милочка? — снисходительно сказала Тамара. — Ну, и напрасно. Учиться никогда не поздно.
Что бы Марьяна ни делала, подвергалась критике со стороны свекрови. Если верить Тамаре Тимофеевне, она не умела одеваться, готовить, а в доме не было должного порядка.
Свекровь жила в частном секторе, расположенном в двадцати километрах от квартиры Виктора, но пожилую даму это ничуть не смущало. Тамара Тимофеевна наведывалась в гости чуть ли не каждый день, и всегда находила, к чему придраться.
— Не обращай внимания, — сказал супруг. — Мама всегда была строга к людям. Все-таки работала учительницей.
— Строга?! — не выдержала однажды Марьяна. — Да твоя маменька меня со свету сживает! И потом, ты забываешь, что я тоже педагог.
— Да, но ты педагог в универе, а там континент уже взрослый, понятливый, — ответил Виктор. — А мама тридцать лет отработала в школе.
— А какая разница? — хмыкнула жена. — И к тем, и к другим нужно быть строгой. Иначе распоясаются. Иной раз студенты ведут себя, как дети. Да речь-то не о них!
Подобные разговоры между супругами, как правило, ни к чему не приводили.
— Ну, а чего ты хотела? — пожала плечами Жанна. — Твой благоверный заступается за свою мать, и это, в общем-то, нормально, нет?
— Да я понимаю, — в отчаянии сказала Марьяна. — Но все равно неприятно. Витя не видит очевидного.
— Ну, если любишь, терпи, — улыбнулась подруга. — Но вообще немного странно. Вначале твой Витюшка не показался мне маменькиным сынком. Но, судя по твоим словам, дело обстоит именно так.
— Все гораздо сложнее, — вздохнула она.
Отдельной темой было отсутствие детей. Нет, Виктор и Марьяна не относились к молодоженам, которым хотелось пожить для себя. Но зачать ребенка почему-то не получалось. Видимо, Бог решил, что еще рано.
— Неужели ты не понимаешь, почему у вас нет детей? — выговаривала Тамара сыну. — Да на твоей женушке наверняка пробы ставить негде! Ну, ты меня понимаешь.
Так уж получилось, что Марьяна услышала конец фразы. Она и не думала подслушивать, просто пришла, как выяснилось, не вовремя. Или, наоборот, вовремя? А кто его знает!
К огорчению Марьяны, Виктор молчал. И тогда-то она не выдержала.
— Знаете что, Тамара Тимофеевна? — возмущенно воскликнула невестка. — Я все, что угодно, стерплю, но только не оскорбления! Вот уж этого я ничем не заслужила!
— Нет, вы только посмотрите на нее! — торжествующе проговорила пожилая женщина. — С воспитанием, я смотрю, беда! Она еще и подслушивает! Что же это…
— Я не подслушивала, — ледяным голосом перебила ее Марьяна. — Это вы за языком не следите. Просто интересно, как это вы, вроде бы интеллигентная женщина, не зная, как я жила раньше, делаете выводы, да еще и опускаетесь до банальных оскорблений?
— Вот! — воскликнула Тамара Тимофеевна, обращаясь к сыну. — Ты слышал?
— Слышал, мама, — кивнул Виктор. — Но, помимо того, я слышал, как ты незаслуженно оскорбила мою жену. И правда, откуда такие выводы?
Марьяна мысленно попросила у мужа прощения и приготовилась слушать, что ответит уже ставшая ненавистной свекровь.
— Просто я знаю жизнь! — с высокопарной интонацией произнесла та.
Что тут скажешь? Она ж знает жизнь!
— Да-а-а, — протянула Жанна. — Действительно железный аргумент! Ну, а ты уверена, что у тебя с этим никаких проблем?
— Нет никаких проблем ни у меня, ни у Виктора, — покачала головой Марьяна.
— Ну, тогда остается набраться терпения.
— Да только вот терпения как раз не остается, — невесело усмехнулась она.
— Выше нос, подруга!
К величайшему разочарованию Тамары Тимофеевны, через пару недель после неприятного разговора Марьяна с гордостью показала супругу тест на беременность, на котором красовались две заветные полоски. Свекровь, которая в это время рассматривала каталог с косметикой, лишь фыркнула:
— Не прошло и года!
— Ну, и чем ты опять недовольна? — с недоумением спросил Виктор. — У нас будет ребенок! Понимаешь, ребенок?
— Ну, понимаю, чего раскричался-то?
— Ну, наверное, потому что я рад!
Сейчас ничто не могло испортить Виктору настроения, даже обидные подколки матери. Он посмотрел на Марьяну. Жена тоже была счастлива. А вечером, когда Тамара Тимофеевна благополучно отбыла домой, она сказала:
— Вить, ты, конечно, можешь сейчас на меня обидеться, но я хочу попросить тебя…
Марьяна замолчала, а супруг насторожился:
— В чем дело?
— В общем, не мог бы ты попросить свою мать, чтобы она бывала у нас, гм, пореже? Нет, я, конечно, понимаю, что это твоя квартира, но сам видишь…
— Хорошо, я поговорю с ней, — немного подумав, ответил Виктор.
— Она все-таки настроила тебя против меня! — пылая от гнева, воскликнула Тамара Тимофеевна.
— Ну, почему же сразу — настроила? — примирительным тоном спросил сын. — Но давай смотреть правде в глаза. Вы с Марьяной не ладите, так стоит ли докучать друг другу своим присутствием?
— Ах, я уже докучаю вам!
— Мам, ну, не надо передергивать! Ты прекрасно поняла, что я хочу сказать.
— Я поняла одно, — театрально закатила глаза пожилая женщина. — Я тебе больше не нужна!
Но Виктор уже давно научился не вестись на провокации матери.
— Понимай, как знаешь, — пожал он плечами.
Всю беременность Марьяна словно летала на крыльях. Она чувствовала себя прекрасно и с нетерпением ждала рождения первенца.
Ванька родился здоровым и рос не по дням, а по часам. Когда Виктор брал малыша на руки, его глаза светились гордостью. В такие минуты его маменька хмурилась.
— Не пойму, на кого он похож? — сказала она однажды, пристально глядя на уже 4-летнего внука.
— Как это — на кого? — улыбнулся Виктор. — На меня он похож, неужели не видишь?
— Признаться честно, не вижу, — покачала головой Тамара Тимофеевна, многозначительно посмотрев на сына.
Марьяна в это время уходила в магазин, поэтому ничего не слышала.
— Мама, ну, хватит уже! — решительно сказал Виктор. — Я тебя очень люблю, но не позволю тебе оскорблять свою жену.
— А жизнь все расставит по своим местам, — загадочно сказала Тамара Тимофеевна и засобиралась домой.
Интересно ваше мнение, а лучшее поощрение - лайк и подписка))