Джеральд Даррелл Сад богов 16+ 210 страниц Третья часть греческих приключений и быта семьи Даррелов (первые две - в предыдущих постах). И снова - животные, снова - родственники, опять - гости (даже сам король приезжает). Удивительно сколько историй у этой семьи, сколько событий произошло. И это всего за 5 лет. Но хочется чтобы книги о Корфу и лето не заканчивались никогда. 3 цитаты из книги: — Нет-нет, дорогой, ты меня неправильно понял, – сказала мать. – Просто жизнь в этом доме трудно назвать нормальной. Я, конечно, стараюсь, но почему-то у нас не получается, как у других. — Где мы только не побывали, – призналась мать. – Мой муж как гражданский инженер был постоянно в разъездах, а я его сопровождала. Если он строил мост или железную дорогу в джунглях, то мы жили в палаточном лагере. — Отлично, – оживился Лесли. – Примитивная жизнь под парусиновой крышей. — Да, мне нравилась эта простая жизнь. Я помню, как впереди выхаживали слоны с шатрами, коврами и мебелью, а за ними ехали слу
Джеральд Даррелл
Сад богов
16+
210 страниц
Третья часть греческих приключений и быта семьи Даррелов (первые две - в предыдущих постах).
И снова - животные, снова - родственники, опять - гости (даже сам король приезжает). Удивительно сколько историй у этой семьи, сколько событий произошло. И это всего за 5 лет.
Но хочется чтобы книги о Корфу и лето не заканчивались никогда.
3 цитаты из книги:
— Нет-нет, дорогой, ты меня неправильно понял, – сказала мать. – Просто жизнь в этом доме трудно назвать нормальной. Я, конечно, стараюсь, но почему-то у нас не получается, как у других.
— Где мы только не побывали, – призналась мать. – Мой муж как гражданский инженер был постоянно в разъездах, а я его сопровождала. Если он строил мост или железную дорогу в джунглях, то мы жили в палаточном лагере.
— Отлично, – оживился Лесли. – Примитивная жизнь под парусиновой крышей.
— Да, мне нравилась эта простая жизнь. Я помню, как впереди выхаживали слоны с шатрами, коврами и мебелью, а за ними ехали слуги в запряженных волами повозках, груженных постельным бельем и серебряной посудой…
— И это ты называешь палаточной жизнью? – перебил ее обескураженный Лесли. – С шатрами?
— Всего три, – сразу заняла оборону мать. – Спальня, столовая и гостиная. С обычными коврами.
— Я не имел в виду, что Гарри Гудини был скрытным человеком, – сухо заметил Кралефский. – Еще какой великодушный. Он даже показал мне, как перепиливать женщину пополам.
— Это прелюбопытно – быть разрезанной пополам, – задумчиво проговорила Лена. – Представьте себе, ваша нижняя половина затеяла роман в одной комнате, а верхняя в другой комнате развлекает архиепископа. Забавно!
— Это всего лишь иллюзия, – заметил ей Кралефский, покраснев.
— Как и сама жизнь, – сказала Лена задушевно. – Как и сама жизнь, друг мой.