Кирилл и Антон кинулись к лестнице, раздался хруст черепной коробки вперемешку с хлюпаньем, как будто раздавили большой кокос, в котором вместо сочной мякоти оказалась гниль. Ребята уже стали взбегать по лестнице, где, оторопев, стояли Пётр с Валей, их ошеломленные взгляды встретились на долю секунды и опять наступила тьма. В следующее мгновение вспышка тьмы рассеялась и Кирилл с Антоном оказались опять в конце комнаты. Они висели как котята, которых взяли за шкирку одной рукой, маленькой корявой, но очень цепкой. По их выражениям лиц было видно, что им очень неудобно, но сделать они уже ничего не могли, так как позвоночники в районе шеи уже были повреждены и их тела болтались как куклы, которые жирдяй потащил к себе во тьму, прихватив другой рукой размозжённое тело Семёна, нога которого сама поднялась для того, чтобы её схватили. Петр с Валей выскочили из подвала и, спотыкаясь в темноте о валяющийся хлам, побежали за Валерой в сторону выхода. Фонари у них начали опять гореть,