Лето выдалось жарким. У Юли через два дня начинался отпуск, а она ещё не придумала, куда же ей сбежать из города на свои законные четыре недели.
«На море денег не хватит, да и билеты уже не купить, вот бы куда-нибудь, где речка есть», — мечтала она, закрывая свои дела на работе. Тут к ней подошла её подруга Лена.
— Юлька, ты же всё равно куда-то поедешь, да?
Юля насторожилась, ох, неспроста Лена такие вопросы задаёт.
— Давай, рассказывай, что тебе от меня нужно? — нетерпеливо спросила Юля.
— Тётка моя приезжает на две недели лечиться. Она вообще-то хорошая, но в малых количествах. Постоянно с ней рядом находиться невозможно, она так любит заботиться и опекать, что в буквальном смысле одеяло поправлять будет. А мы с Игорем только поженились, нам и вдвоём хорошо. Пусти пожить, а? Кстати, если хочешь, можешь к ней в деревню поехать, там и лес, и ручеёк какой-то есть, отдохнёшь, пока она здесь побудет.
Юля задумалась: «А что, поживу в деревне, в лесу погуляю. Лучший отдых от городского шума». И согласилась. Тётя Галя, Ленкина тётка, так уж расхваливала своё село, да ещё хитро улыбалась, мол, вдруг ещё и судьбу свою встретишь. Ага, в деревне! В городе-то до 30 лет доросла и не встретила, а в деревне её прям принц дожидается!
В воскресенье закинула сумку с вещами на плечо, положила в карман джинсов листок с записанным адресом (село Новое, улица Центральная 15) и отправилась в дорогу. До райцентра Юля добралась на электричке, а дальше нужно было взять билет на автобус. Настроение у неё было замечательное, она даже начала петь-бубнить себе под нос: — «А в Петропавловске-Камча-атском полночь!» Непонятно, откуда это прилетело ей в голову, но когда она подошла к окошку автовокзала, перед ней женщина брала билет на уже отъезжающий автобус до села Нового. Юля поспешила тоже купить билет и была безумно счастлива, что так удачно села на автобус. Ехала она недолго, всего-то с полчаса.
«А тётя Галя пугала, что ехать долго, наверно, всё-таки не хотела меня пускать в свой дом. Но теперь уж поздно. Еду лесным воздухом дышать».
Центральная улица была почти в центре, дом № 15 Юля нашла быстро. На двери, как и говорила тётя Галя, висел большой замок, только девушка хотела вставить ключ, который ей дала хозяйка, как замок сам открылся, похоже, он и не был закрыт.
«А если бы воры, а не я?" — пожала плечами Юля и зашла в дом.
Внутри были две очень уютные небольшие комнаты. На стареньком телевизоре, на столе и комоде лежали искусно связанные белые салфеточки, на окнах вовсю цвела разноцветная герань, а в спальне стояла железная старомодная кровать с горой подушек разного размера.
«Какая молодец тётя Галя, как же мне здесь хорошо и уютно, будто я всегда здесь жила и ненадолго уехала», — подумала Юля, присев на резной стул у стола. Потом она вышла во двор, потрогала ромашки, цветущие по всему двору, прижалась щекой к стволу высокой старой берёзы и опять почувствовала, будто вернулась домой из дальней долгой поездки. Передёрнув плечами от пробежавших по спине мурашек, Юля вернулась в дом. Достала из сумки вещи, заварила привезённый с собой чай и только хотела налить его в старомодную хозяйскую кружку, как в дом вошёл молодой приятный мужчина. Увидев устроившуюся за столом Юлю, он остановился на пороге с открытым ртом. Юля сначала испугалась незнакомца, но потом поняла, что он не только удивлён, но и испуган, будто привидение увидел.
— Мне тётя Галя разрешила здесь пожить. Так что имею право. А Вы кто? — спросила она так и стоявшего с раскрытым ртом молодого человека.
— Я Андрей, сосед, — наконец с трудом проговорил гость. — Какая тётя Галя? Здесь живёт баба Маша, она сейчас в больнице, неделю назад у неё приступ сердечный был, пришлось «Скорую» вызвать. Она попросила цветы полить, вот я и зашёл. А Вы всё-таки нашлись?
— В смысле — «нашлись»? — теперь уже удивилась Юля. — Я вообще-то и не терялась. А почему Вы говорите, что здесь живёт баба Маша, меня сюда тётя Галя отправила.
Юля достала листок с адресом и показала мужчине, он прочитал, молча ткнул в название села и так же удивлённо продолжал рассматривать Юлю.
— Что не так-то? — воскликнула Юля. — И почему Вы так на меня смотрите?
— Село наше называется Новое, а Вам надо было в Новосельское, — пробормотал он и, взяв Юлю за руку, повёл её в спальню.
Юля от услышанного растерялась и поэтому послушно пошла с Андреем. В спальне он показал ей висящую на стене старую фотографию, на которой Юля увидела себя! Вернее очень похожую на неё молодую девушку.
— Кто это? — ошеломлённо спросила она.
— Это Лена, дочь бабы Маши. Вы, правда, ей не родственница?
— У меня вообще нет родственников, я детдомовская. А что с ней случилось?
— Баба Маша рассказывала, что Лена уехала в город работать, не хотела жить в деревне. Жила там где-то в общежитии, матери почти ничего о себе не сообщала. А однажды позвонила и сказала, что ждёт ребёнка, без мужа, что пусть мать не беспокоится, она сама справится, раз виновата. И трубку бросила. Баба Маша всё время плачет, когда вспоминает тот разговор, мол, никогда не осуждала бы дочь, приняла с малышом, да Лена очень уж гордая была, не могла с позором вернуться в село. Это был последний их разговор. Лена пропала. Баба Маша стала её разыскивать и узнала, что дочь попала в аварию и погибла. О ребёнке же ничего не удалось выяснить.
— Да, мне в детском доме рассказали, что моя мама попала в аварию, её не смогли спасти, а я выжила. Документов при ней не было, родственников не нашли и меня отдали в детский дом. Она только успела сказать, чтобы ребёнка назвали Юлей, как бабушку, — тихо сказала она, по-детски шмыгнув носом от набежавших слёз.
У Юли замерло сердце, неужели случилось то, чего она ждала всю жизнь и она, наконец, нашла родных?!
— Вы красивая, как она, Ваша мама, — Андрей улыбнулся. — Знаете, я сейчас поеду бабу Машу проведать и скажу ей, что гостья приехала, нужно подготовить её, чтоб опять сердечко не прихватило.
— Вы располагайтесь, будьте как дома, вернее, Вы ж теперь, правда, у себя дома. — И с робкой надеждой в глазах добавил: — Вы ведь останетесь здесь?
— Андрей, — засмеялась Юля. — Не смотрите на меня так, жена заревнует.
— А я не женат, не смейтесь, но мне кажется, что я тоже Вас дожидался. Я поеду?
— Ой, а давайте, я бабушке, — тут Юлин голос дрогнул, — шоколадку передам.
Через час Юля услышала, как стукнула калитка, и увидела Андрея и пожилую женщину в белом платочке. Баба Маша спешила в дом, уверяя Андрея, что уже выздоровела, а гостям негоже без хозяев скучать. Когда она вошла в комнату и увидела Юлю, то тихо охнула и прикрыла рукой вздрогнувшие губы. Андрей что-то говорил ей, успокаивая, но она не слушала его, она сразу поняла, кто эта гостья. Баба Маша, не отрываясь, сквозь слёзы смотрела на Юлю и шептала:
— Спасибо, Господи, что дал дожить до этого дня, что услышал мои молитвы. Иди ко мне, внученька.
Юля подошла, и бабушка крепко, не по-старчески, обняла её:
— Я знала, что ты найдёшься, я всегда в это верила. Как тебя назвали-то?
— Юля.
— Да, Лена хоть и гордая была, но меня любила.
Вот так случайно, а может быть и нет, Юля нашла свой родной дом, по глупости оставленный её самоуверенной матерью. Юля, действительно, осталась жить в этом селе и нисколько об этом не пожалела. А Андрей оказался замечательным мужем. Да-да, не зря же он ходил герань поливать!